Книга Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей, страница 87 – Ли Литвиненко

— Так чего приперся сюда? Иди и спрашивай Редариэла.

— Я ведь сказал: он требует тебя. Что, никогда не общался с остроухими? Пока его желание не выполнишь, он и слова больше не скажет.

— Так он молчит? – усмехнулся Гел, представив вечно недовольную рожу эльфийского наследника.

— О цели визита молчит как истукан, только твердит твое имя. Так что спускайся, брат, узнай, что ему надо, и выпроводи прочь. Пока вся наша крепость не провоняла его цветочным духом.

Остроухий стоял возле неразгруженных телег и осматривал разбросанные повсюду инструменты. Вид у него был кислый.

— Рэдариэл, сын Гарабета, наследник Туманного леса, – с почтением поприветствовал его Гелиодор.

— Гелиодор, альфа стаи Черного зверя, – склонил голову в ответном поклоне эльф.

— Что, не нравится тут у нас? Грязно? – усмехнулся оборотень.

Они недолюбливали друг друга. Часто сталкиваясь на войне, сразу обозначились как соперники. В охоте, в рукопашном деле, в количестве побед и выпитого вина. Во всем. Две абсолютные противоположности. Утонченный, изворотливый эльф и грубоватый прямолинейный оборотень. Один – мастак подковерных игр и любитель отдыха в командирской палатке, второй – правдоруб, выбирающий ближний бой. Так и повелось у них с первой встречи – спорить и препираться даже по мелочам. И обязательно поддевать друг друга.

— За время войны я достаточно повидал грязи, чтобы привыкнуть к ней, – эльф высокомерно поправил манжет.

— А что не весел?

— Вспомнилось былое… – ушел от ответа эльф.

Ему не хотелось рассказывать этому щенку про времена, когда этот замок был наполнен величием. Историю места, с которого все началось…

Рэдариэл уже приезжал сюда. Дважды. Впервые, когда только начинал расцветать Красный мор. Он останавливался переночевать тут вместе с экспедицией заслона. Несколько эльфов объединилось тогда и объехали реку, устанавливая вдоль ее русла оповещающую сеть. Они начали ворожить у самых гор и продвигались к Заветному лесу против течения. Тогда эти стены были пропитаны свежим горем.

Следующий раз он был здесь, когда со стаей Поющего неба все было закончено. Почил ее последний представитель и хранитель, доглядывавшие за несчастным, вызвал эльфов, чтобы волшебством запечатать крепость. Тогда, надеясь на возрождение волчьего племени, так делали со всеми вымирающими или брошенными крепостями. Потом надежда на восстановление сторожевого заслона пропала, и колдовать бросили.

Этот сопляк стоял сейчас перед ним и не подозревал, что на врученную ему дарственную эльфийский совет наложил разрушающее заклинание. Это оно взломало охранку на крепости и запустило их сюда. А сургучная печать, прилепленная на бумаги, была направляющим маяком. Без хитрого колдовства оборотни просто никогда не нашли бы этот замок. Он для всех оставался невидимкой. Потому и гоблины не смогли его разграбить.

— И что заставило тебя приехать в нашу глушь? Неужели соскучился? —поддевкой Гелиодор вывел эльфа из задумчивости.

— Ты не поверишь, – нехорошо улыбнулся эльф. – Приехал выполнить давно данное обещание.

— Не пойму, о чем ты? – растерялся Гелиодор. – Разве мы сговаривались о чем-то?

— Не с тобой, – размыто отвечал эльф, – с твоими почившими сородичами. Их уже нет, а данное им слово требует выполнения. Вот такая запутанная история, – вздохнул Рэдариэл.