Книга Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей, страница 22 – Ли Литвиненко

— Неудивительно, обморожение дает о себе знать. Оттепель, – хихикнула Лучана. Она перестала бояться оборотницы, но не перестала ждать от неё фокусов вроде этого.

Волчица вернулась тихая, уставшая. Довольная и с тощим зайцем в зубах.

— Рассказывай, – потребовала Лучана у кустов, за которыми спряталась волчица.

Варди молча потрошил несчастную тушку, но усы дергались, как холка кабана при беге.

— Проснулась я, – отвечала Берк выскочив к ним в одной сорочке. Юбку она натягивала на ходу. Босая. – Хотела сменить повязку, а там… Вот! – она без стеснения задрала подол, показывая толстый красный шрам. – Затянулось! – Бёрк подскочила к троллю и, не дав ему разглядеть затянувшуюся рану, громко чмокнула его в мясистый нос, потом схватила за уши и, крепко прижимаясь, расцеловала щеки. – Спа-аси-ите-ель! – смешно задрала голову верх, как делают волки, когда воют, и абсолютно счастливая заревела.

Друзья не мешали. Отнеслись с пониманием. Простили. Конечно, ошалела от радости. Только подумать: хромать всю зиму, считать себя калекой, а тут раз – и за сутки выздороветь! Счастье… Вон оно какое: крупные слезинки, как драгоценные камни, катятся по шекам. Лучана посмотрела и за компанию тоже пустила слезу. Варди делал вид, что держался, а сам дергал носом, стряхивая слезы, чтоб не мочили усы, и сопел.

4. Дошли

Ту самую развилку-разлучницу увидели перед полуднем.

— Вон там, – указал Варди на две чуть заметные колеи, уходившие в сторону от накатанной дороги.

— А ей и вправду нечасто пользовались, – покачала головой Бёрк, разглядывая заросшую просеку.

Из высокой прошлогодней травы то тут, то там торчали молодые деревца и рядами дыбились кротовые кучи, будто зверек целенаправленно решил сделать этот участок непроходимым.

— Я вам говорил, что на телеге там ехать небезопасно.

Остановились. Разлучаться не хотелось, и компания замерла, застопорилась, оттягивая момент расставания.

— Я знаете, что подумал, девоньки? – разгладив усы, провозгласил Варди. – Если уж мы остановились, а впереди неизвестно какие дороги, почему бы заодно и не пообедать?

— Не рано? – засомневалась Лучана, взявшаяся переплетать косу.

Занятие не из легких – усилившийся ветер трепал выбившиеся пряди, и рыжие завитки лезли в глаза.

— Для харчей никогда не рано, а для добрых харчей всегда самое время, – хохотнул тролль новой, только что придуманной присказке и, покряхтывая, слез с облучка.

Прощальный обед был скромным. Остатки холодного зайца, сухари и травяной чай, куда Варди щедрой рукой сыпанул каких-то специй. От напитка щеки у всех заалели, а животы наполнились приятным теплом. Пока неспешно жевали, Лучана заново собрала свой узелок. Во время пути она успела его порядком переворошить, обживаясь в повозке. Узел вмешал все ее добро и был неприлично большого размера. В связанный конвертом большой шерстяной платок семья Лучаны ухитрилась уложить содержимое целого сундука, будто это было приданное. Одежда, расчески, ленты, вязаные носки, еда и много чего еще. Нести такой было тяжело и неудобно. Поклажу решили перегрузить на козу.

— Вот так, – привязывая веревкой тяжелый баул к спине животины, приговаривал Варди. – Бёрк теперь здоровая, своими ногами и коня обгонит, а козе не привыкать. Девку на себе месяц везла.