Онлайн книга «В плохих парней не влюбляются»
|
И да, я ела. А потом остаток дня провела, как в тумане, понимая, что меня загнали в угол. Ночью же, лежа в огромной гостевой спальне шикарного отцовского особняка, я пыталась себя успокоить. Снова и снова мысленно шептала себе, что все будет хорошо. Что Царенов не опустится до откровенной низости. С этой верой в чудеса я и заснула под самое утро. А во сне опять видела его белозубую улыбку. Ощущала его руки на своем теле и вкус его поцелуя на языке. Проснулась с тяжестью на сердце. И с ней же провела все воскресенье. А в понедельник все-таки пошла на учебу, будучи почти уверенной в том, что мне все нипочём. И на Царенова мне плевать. А уж на его возможные выходки так и подавно. Потому что я не жалкая гуппи, кто бы там, что ни говорил! Я Марьяна Крапивина, черт побери! Я сильная. Я смелая. Я непобедимая! И невероятно глупая! Потому что я эпически обманулась там, где это делать было совершенно нельзя! Когда я это поняла? Когда уже вошла на территорию института. Потому что сразу же почувствовала взгляды. И не обычные, рассеянные и сонные в столь ранний час. Нет! Они были тяжелыми и сальными, будто бы каждый, кто смотрел на меня, влажно облизывал мое тело глазами. Сидящие с ногами на лавке парни со старших курсов переглянулись и в голос заржали. Один из них громко свистнул мне и неприлично поводил языком за щекой. Другой зашипел и, томно прикрыв глаза, многозначительно ухватился рукой за свой пах. Когда же я отвернулась от этого непотребства и начала подниматься по институтским ступеням, то стоящие на крыльце девчонки отшатнулись по сторонам, окидывая меня с ног до головы брезгливыми взглядами. Одна из них пошла дальше и демонстративно фыркнула, поджимая губы. Вторая закатила глаза и изобразила рвотный позыв. А я ощутила, как жгучая волна жара опалила мои щеки. Как она же прокатилась по венам и осела в груди пульсирующей болью обиды и стыда. Мне было плевать на всех этих жестоких мальчиков и девочек, но кому понравится, когда на тебя смотрят, как на грязь под ногтями? Я дернула ручку входной двери и ввалилась в гулкий холл. Да только легче не стало. Наоборот, десятки глаз посмотрели на меня с ненавистью, пренебрежением и отвращением. Ноги мои стали ватными. Желудок болезненно свело. А кровь в венах от страха в моменте превратилась в концентрированную кислоту. А еще я вдруг со всей ясностью поняла, что Каха Царенов не блефовал… Глава 18 — А ты ляпай, но ляпай уверенно! Марьяна Знаете ощущение, когда тебя затолкнули в темный, пыльный чулан, где совсем нет кислорода, но есть полчища страшных пауков? Нет? А я знала… Это был третий класс. Липкая паутина лезла мне в глаза и рот. Запуталась в волосах и одежде. Я до сих пор помнила тот животный, вязкий, удушливый страх — когда я осталась один на один с врагом и некому было помочь, кроме меня самой. Сейчас, в окружении злой, глумливой толпы я чувствовала то же самое, что и тогда — беспомощность. Ведь все они смеялись надо мной. Кто-то хихикал, кто-то откровенно ржал. Кто-то отвратительно скалился, точно гиена, завидевшая измотанную, загнанную в угол жертву. Они радовались чужому горю. Они самоутверждались, видя, что кому-то причинили зло. И вот уже институт превратилась в арену, где толпа агрессоров планомерно загоняла аутсайдера. И не потому, что он чем-то перед ними провинился. |