Книга На полпути к падению, страница 23 – Виктория Цой

На улице правда резко похолодало. Засунув руки в карманы, парень провожал одноклассницу через дворы пятиэтажных домов, в которых постепенно загорались окна. Воздух, пропитанный осенней свежестью, холодил конечности. С каждым днём градус падал, приближая зиму. По пути к дому Манина что-то рассказывала, Алик не слушал. Он думал о другой. Что было вчера, когда Вовка проводил её до дома? Они целовались? Они теперь вместе? Вопросы без ответов сводили с ума. Он узнает, обязательно. Прямо сейчас пойдёт к нему, точнее к бабке домой.

— Родители с Алиской на даче. Зайдёшь?

Они подошли к панельной пятиэтажке, где жила Натка вместе с родителями и младшей сестрой. Он бывал несколько раз у неё дома, пока Альберт не начал работать — они хорошо дружили.

— Зачем?

— Чай попьём. У меня есть кассета с твоим любимым Кристианом Бейлом. «Эквилибриум». — Наташа шагнула к нему навстречу. Романовский не двинулся с места.

Натка зашла сразу с козырей, прекрасно зная, какие фильмы ему нравились.

— Давай в другой раз.

— Алик, мы знакомы с тобой с первого класса, — ещё один шаг. — Ты знал, что нравишься мне с начальной школы? — голос стал вкрадчивым.

— Нат, мы друзья, — напомнил он.

— Не хочу я с тобой дружить! — капризно топнула ногой девушка.

Молниеносно, неожиданно, смело она пересекла оставшееся между ними расстояние, стирая в порошок невидимые границы, и припала к его твёрдым прохладным губам. Он ответил на поцелуй, позволил ей по-взрослому завладеть ситуацией. От неё пахло сладкой жвачкой и порошком «Тайд». Это не был его первый опыт в поцелуях. Наташа целовала его тоже со знанием дела. Приятно, хорошо. Но, кроме этого, Алик больше ничего не чувствовал. Обвив руками за шею, девушка прижалась к нему всем телом. Округлым формам Маниной можно только завидовать. Ощутив внизу живота твёрдое непоколебимое желание, он уже был готов податься уговорам гормонов, как вдруг услышал чьи-то шаги. Они сразу отпрянули в смущении, но было уже поздно.

Их заметили.

— Прошу прощения, мы помешали, — кашлянул Вовка, сдерживая улыбку.

Альберт готов был провалиться сквозь землю, увидев этих двоих в такой неловкий момент. Особенно её — изумлённо глядящую на парня. О чём она думала? Всё ли видела?

— Ребята, вы чего тут делаете? — голос Натки предательски дрогнул.

— Я брала у тебя блеск для губ, ты говорила, это твой любимый. Прости, забыла отдать, — протараторила Аня, избегая взгляда Романовского, и протянула маленький тюбик розового цвета. — Мы уже почти дошли до моего дома, но я вспомнила про блеск, и Вова предложил прогуляться до тебя.

— Да. Ребята в парке сказали, что вы ушли домой. Если бы мы знали…

Вова замолчал, и все остальные тоже ничего не говорили, не знали, как заполнить эту неловкость.

— Ничего страшного, отдала бы завтра, — хрипло ответила Натка, взяв блеск.

— Ну, я пойду домой. Алик, может, всё-таки поднимешься?

— Нет, — чересчур поспешно ответил парень. — Мне пора. Мать дома ждёт.

Он сказал первое, что пришло ему в голову. Мать, конечно, беспокоилась, она никогда не перестанет переживать за него. Только дело сейчас было вовсе не в ней.

— Тогда до завтра?

— До завтра.

Натка помахала рукой ребятам и скрылась за дверью подъезда.

— Так вы… в отношениях? — кашлянул Вовка, когда они отошли на приличное расстояние от дома Маниной.