Книга Лаки, страница 66 – Марисса Стэпли

— Кем ты представил её Хью?

— Дома никого не было. Все на выпускном в Стэнфорде. Мне не пришлось никому ничего объяснять. Зато она мне много чего рассказала.

— Например?

— Тсс. Вот она идёт.

Присцилла раздала пластиковые стаканчики с дешёвым игристым.

— Ой, да бросьте. Не шикайте друг на друга, вы всё равно не скажете ничего такого, чего я уже не знаю. Отвечая на вопрос, который ты, наверное, только что задала, — как я так быстро вас нашла: пока я была в тюрьме, за вами приглядывали мои люди. Впечатлена. Впрочем, один звонок — и я могу разнести вашу аферу в пух и прах, рассказать всем вашим друзьям, что вы обкрадывали их, прежде чем вы успеете смыться сегодня же ночью. Кстати, почему вы тянули?

— Лаки хотела получить диплом, — сказал Кэри. — Мы бы не смогли оставить адрес для пересылки.

— Полагаю, что нет. Ну ладно. Поздравляю. — Она чокнулась пластиковым стаканчиком со стаканчиком Лаки. — У тебя получилось. Диплом по бизнесу.

У Присциллы это прозвучало так мелко — то, к чему Лаки шла целых четыре года. Но, сказала она себе, этот листок бумаги, который она теперь держала в руках, принадлежал ей. Это был её путь к легальности — и путь Кэри тоже. Он повеселился, но это было рискованно — и фальшиво. С ней Кэри собирался построить жизнь, которая по-настоящему устоит. У Алейны Кейденс не было судимостей ни перед кем. И у неё был диплом.

Присцилла осушила стакан.

— Я здесь вместо твоего отца, — сказала она Лаки. — Я пообещала ему поднять тост. И он хотел, чтобы я тебя обняла, хотя сомневаюсь, что ты мне это позволишь.

— Почему мой отец вообще с тобой разговаривает?

— Я исправившаяся женщина. И часть моего искупления — извиняться перед теми, кому я причинила боль. Я пытаюсь загладить вину перед твоим отцом — и единственное, чего он хочет, — знать, что ты счастлива. Ты счастлива, Лаки?

Лаки была счастлива — примерно час назад. Она была полна волнения от того, что готовило будущее, но присутствие Присциллы было как булавка, проколовшая её воздушный шарик.

Кэри притянул её к себе.

— Конечно, она счастлива, — сказал он. — Мы оба счастливы.

Присцилла бросила пластиковый стаканчик в ближайшую урну.

— Пойдёмте куда-нибудь, где хотя бы можно выпить что-то приличное. И нормально поговорить.

Кэри вздохнул.

— Не втягивай в это Лаки, мама.

— «Мама». Ну надо же, впервые. — Но она улыбалась.

Он повернулся к Лаки.

— Ты просто езжай домой и продолжай собирать вещи. Я выпью и поговорю с мамой, буду через пару часов. — Целуя её в щёку, он прошептал ей на ухо: — По дороге домой заберу арендованную машину. Уедем, как только я вернусь.

Лаки доехала на такси до флигеля, собрала вещи и нервно ждала возвращения Кэри. Бетти лежала у её ног, тоже тревожно поглядывая на дверь. Он не брал трубку, когда она звонила, — а когда наконец вернулся, около двух часов ночи, был пьян, и Лаки была расстроена.

— Где машина? — спросила его Лаки. — Мы разве не едем?

— Я похож на человека, способного сейчас сесть за руль? — Он споткнулся, приземлился на кушетку. — Мы не можем уехать, ясно? Нам нужно остаться на всё лето. Мне придётся реально открыть этот чёртов клуб. Мама так сказала. Мне нужно кое-что для неё уладить, а иначе… — Было темно, но она разглядела это в его глазах: страх. Потом он закрыл глаза, откинул голову на подушки. — У меня нет выбора. Прости. — Вскоре он уснул. Лаки сидела, глядя в темноту, пока Бетти не толкнула её носом, напомнив, что она не одна.