Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 384 – Михаил Михеев

— Ой, и что это мы тут делаем?

Голос Леночки звучал издевательски. Поляков почему-то не сомневался: хотя он и не видит кобуры у нее на поясе, но она наверняка расстегнута, как и у Пашки, а оружие в ней готово к бою. Сергей усмехнулся:

— Сама видишь – сижу, разговариваю.

— Замечательно. А давайте продолжим разговор в другом месте. Например, в кабинете самого главного босса в нашем богоугодном заведении. Что-то мне подсказывает, что он тоже будет совсем не против послушать, какие важные дела вы тут намереваетесь обсудить.

— Руки поднимите. Так, чтобы я видел, – это уже пришедший в себя Комар. Шариков – тот поумнее и намного опытней. Понимает, что если его не боятся – значит, имеют для того основания.

— Ты ствол лучше положи, а потом на пол, мордой вниз и руки за спину – тогда бить не буду, – пообещал ему в ответ Сурок. – Ну, почти не буду.

Комар посмотрел на него малость охреневшими глазами – видимо, не понимал, как могут люди, в которых целятся из пистолета, мило улыбаться в ответ и совершенно не демонстрировать хотя бы намека на страх. Идиот! Именно так успел подумать Сергей, но сделать что-либо был не в состоянии. Только выругаться сквозь зубы, привлекая на себя внимание незадачливого стрелка.

Привлек, ничего не скажешь. Комар повернулся к нему и подтвердил выводы о своем недостаточном умственном развитии. Ты вошедших под прицелом держи, а не с нейтрализованным заранее противником разговоры разговаривай. И уж точно не пытайся его поддеть – смысла нет, а вот время и внимание уходит.

К счастью, все это до Комара просто не дошло. И это было закономерно – до того, как попасть на Базу, он, подобно Сергею, был менеджером. Самым обычным, гражданским, имеющим соответствующие стереотипы и недостатки мышления. Только из Полякова лишнее выбили жесткими тренировками и дисциплиной, после чего добавили необходимые, как считалось, рефлексы. Комар был и остался гражданским человеком, не понимающим специфики происходящего. Точнее, умом-то понимал, наверное, а вот рефлексов-то соответствующих не имел. Иначе не пытался бы глупейшим образом поддеть оппонента.

— Смотрю я на тебя рядом с женой и думаю: ты прямо как Цезарь.

— Почему?

— Потому что с курицей.

— Думаешь, остроумный? – вернул ему улыбку Сергей. – Ну, тогда обернись.

Комар обернулся. Сергей видел его теперь не с лучшего ракурса, но все равно было заметно, как улыбка сползла с его лица. За те секунды, пока он старался казаться директором в этом цирке, оба визитера успели достать свое оружие, и теперь Комар имел уникальную возможность наблюдать сразу два ствола, глядящих ему точно в лицо. И было понятно, что он не успеет даже пальцем шевельнуть, как ему разнесут башку. Что делает с человеческим мозгом девятимиллиметровая пуля, несложно представить. А после двух есть шанс, что не останется и самой головы. И Комар, хоть и дурак, неплохо это понимал.

— Так, всем стоять и молчать. Или я его тут и кончу. Стоять, я сказал!

Что же, стоило признать, Шариков не потерял головы и отреагировал в целом адекватно ситуации. А как еще реагировать, если ты собираешься разрезать веревку? Именно разрезать, потому что сам ее закрутил намертво, и развязать быстро вряд ли сумеешь. Следствие первое: у тебя в руке нож. Следствие второе – использовать его приходит тебе в голову автоматически.