Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 235 – Михаил Михеев

В кабинете воцарилось молчание. Тягостное молчание, к слову. И если аполитичный Поляков воспринял услышанное спокойно, то мироощущению остальных досталось изрядно. С одной стороны, рушилось то, что они слышали с детства, и это не хотелось признавать. С другой, генерал был для них непререкаемым авторитетом. Да и зачем ему врать? В общем, кабинет они покинули в расстроенных чувствах. И лишь на улице, подходя к машине, Сурок неприличным образом хихикнул.

— Ты чего? – Удивленно воззрилась на него Леночка. Парень лишь хихикнул еще раз:

— Да вот, представил, куда ты в свадебном платье будешь прятать свой пистолет.

И, с хохотом увернувшись от подзатыльника, ловко нырнул за руль.

Германия. Это же время

— У-у, hooker!^[55]

Сказанное принесло облегчение, во всяком случае моральное. Небольшое облегчение, надо признать, однако же на мгновение отвлекло от боли. Конечно, засевшая в плече пуля не задела кость, иначе ощущения были бы куда более интересными, однако и того, что сейчас чувствовал Харрис, было достаточно для крайнего недовольства жизнью.

Повод обижаться у него, конечно, имелся. Пройти по русским тылам, ни разу никем не замеченным… А ведь, как оказалось, помимо собственно русских требовалось опасаться еще и германской полиции. Которая – и эта удивляло более всего – ни на миг не прекращала своей деятельности и не особенно опасалась вездесущих русских патрулей. Так вот, проскочить все это безобразие – и словить пулю от бабы. Причем, если верить разбирающемуся в таких делах Смиту, коллеги в профессии рыцарей плаща и кинжала. Ирония судьбы, чтоб ее!

Вошел Смит, изображающий сегодня доктора. Судя по распространяемому вокруг сивушному запаху, на дезинфекции рук он не экономил. В левой руке американец держал бутылку какого-то пойла явно местного производства.

— До аптеки нам сейчас далековато, – ответил он на недоуменный взгляд Харриса. – Поэтому на этот раз тебе придется воспользоваться русским опытом. Пей.

Что же, русским – значит, русским. Жаль только, немцы так и не научились делать нормальную водку. В отличие от тех же русских, к слову. А их шнапс, такое впечатление, сделан из опилок. Впрочем, может, есть и хорошие сорта, но в том полуразбитом снарядом и брошенном магазине, который Смит использовал для пополнения запасов, таких не нашлось.

Правда, стоит признать, американец творчески развил чужую идею. Если конкретно, то смешал дерьмовый шнапс с таким же дрянным шампанским. И – опа! Все дело в волшебных пузырьках… В голову коктейль, если верить Смиту, также имеющий русское происхождение, ударил словно молотком. Сразу же стало хорошо-хорошо, мысли такие гладкие, воздушные, как праздничные шарики, и столь же пустые… И боль ушла… Как выяснилось, ненадолго.

— Спокойно, спокойно, – абсолютно невозмутимо ответствовал Смит, прервав на миг ковыряние в ране. Чем он там пулю достает? Неужели пассатижами? Харрис, откровенно говоря, не удивился бы. Но, как оказалось, не все так страшно, и, скосив глаза, майор сумел убедиться, что коллега использует не заляпанный в масле слесарный инструмент, а какие-то щипцы. Похоже, из маникюрного набора. Взять бы их да запихать этому поганцу куда-нибудь, но – увы и ах, тело майора было крепко зафиксировано. Проще говоря, привязано к столу, на котором он лежал, и вырваться из этого добровольного плена сил Харрису решительно не хватало. – Ты уж извини, дружище, но придется потерпеть.