Онлайн книга «Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой»
|
Стрелять из единственной, пускай и четырехствольной пушки по фюзеляжу – занятие неблагодарное. Громадная машина имеет соответствующий запас прочности. Тем более самолет все время маневрирует, а времени у атакующих не так и много. Зенитчики вот-вот очнутся, и тогда истребителю не поздоровится. Его пилот очень хорошо понимал расклады и потому открыл огонь, стараясь уничтожить двигатели противника. Стрелял же он совсем неплохо. Двигатели и баки самолета имеют неплохую противопожарную систему, но все же она не рассчитана на расстрел в упор. Крайний правый двигатель попросту оторвался от крыла и ушел вниз, завывая, как взбешенный шмель-мутант. Второй двигатель вспыхнул. Сработала аварийная система пожаротушения, но двигатель вышел из строя. А спустя несколько секунд начало разгораться и само крыло, скрывающее в себе огромные, на десятки тонн, баки с горючим. Вообще, отказ двух двигателей – это еще далеко не смерть. Самолет, пускай и с трудом, способен лететь и на двух, если пустой. Если же с грузом, как сейчас, то медленно снижаться и осуществить посадку. Разумеется, остается еще пожар, но не факт, что он перекинется дальше. Все же автоматика еще борется, да и баки изолированы друг от друга. Однако пилот истребителя тоже знал о чрезвычайной надежности таких четырехмоторных гигантов. Поэтому второй заход – и остаток боезапаса ушел в левое крыло, заставив выйти из строя еще один двигатель. Сразу после этого F-35 рванулся прочь. Конечно, он не был рекордсменом в скорости, всего-то чуть более полутора звуковых, куда меньше, чем у русских самолетов, но пилот выжимал из машины все что мог. Очень уж жить хотелось. А поврежденный «Ил» тем временем быстро снижался. Единственный уцелевший двигатель ревел на форсаже, но не мог удержать тяжелую машину, лишь придать снижению хоть какое-то подобие управляемости. До аэродрома было не дотянуть, это стало ясно сразу же, но летчики продолжали бороться. Не из того теста сделаны эти люди, и потому горящий «Ил» еще имел какую-то тень шанса… Может быть, они даже смогли бы его посадить, но из-за разгильдяйства какого-то придурка часть находящегося на борту груза оказалась плохо закреплена. И от крена во время разворота, когда до земли оставалось едва полтысячи метров, тяжелый КамАЗ сдвинулся с места и переместился к борту, сбивая центровку самолета. Немного, в нормальной ситуации этого даже не заметили бы, но сейчас это оказалось той соломинкой, что ломает спину верблюду. Поврежденная машина получила дополнительный крен и потеряла управление. Огненный столб, выросший на месте падения самолета, видно было издалека… В той аварии погибло почти сто человек. Даже если отречься от эмоций, ценнейших специалистов. Пехотинца можно подготовить за несколько месяцев. Не самого лучшего, но стрелять и четко выполнять приказы он уже сможет. То же с танкистами, артиллеристами… Времени требуется больше, но в пределах разумного. Еще дольше моряки, потом летчики… Врачи – это уже порядка десяти лет, включая интернатуру. Совсем другие затраты времени и средств. И, даже без учета этого, совсем иное отношение. И оставить подобное без последствий было попросту невозможно. Истребитель между тем продолжал уходить, и хотя он находился уже над территорией Германии, пилот продолжал гнать машину. Теоретически его уже не имели права сбивать, но в штабах носители больших звезд на погонах лупили кулаками по столам, потерявшие цель расчеты ЗРК[48] готовились получить свою порцию люлей, а перехватчики развернулись к месту боя. Они-то и засекли беглеца. |