Книга Сила любви, страница 183 – Керстин Гир

Кассиан остановился.

— Однако… у меня есть одна просьба, – сказал он. – Мы должны заскочить в мою библиотеку, чтобы забрать двух моих друзей, тех, кто не успел пройти по световому туннелю…

Теперь я был уверен, что богиня улыбается.

— Да будет так.

Я не мог поверить, что это происходит на самом деле, и с затаённым дыханием следил за тем, как Кассиан и Матильда обнимаются на пороге звёздных врат.

— Спасибо, – прошептал я, когда он в последний раз повернулся к нам.

— Увидимся на другой стороне, – ответил Кассиан. – Когда-нибудь. Потом.

На краткий миг я запаниковал, когда Матильда переступила порог и тоже стала невидимой для меня. Но тут восковая кукла в руках Гектора внезапно обрела цвет, её раны затянулись, кровь исчезла, и наконец Матильда открыла глаза.

— Спасибо, что подержал, – сказала она, и Гектор, глаза которого становились всё больше и больше, поспешил отпустить её.

— Прощайте, – сказала богиня, и её свечение стало таким интенсивным, что нам всем пришлось закрыть глаза.

Когда мы снова их открыли, звёздные врата исчезли, а Стоунхендж стал таким же, как и прежде. Небо тоже выглядело нормальным. На востоке горизонт уже окрасился в розовый цвет, звёзды постепенно гасли, и только Комета Судьбы всё ещё ярко сияла.

Когда я, прихрамывая, направился к Матильде, а Матильда начала пробираться с другой стороны каменного круга сквозь толпу в мою сторону, все вокруг зааплодировали. Ну, может, не совсем все.

Мы встретились практически в центре круга. Когда я обнял её и почувствовал знакомое прикосновение её тела, я не мог вымолвить ни слова, потому что был так счастлив.

— Я так тебя люблю, – прошептала Матильда. Тут же подскочила Юли и прижалась к нам, к ней присоединились Скипп, Гиацинт, потом Дэв, Торве, даже Дагни и Жанна. Мы образовали настоящее дружеское объятие, все смеялись и плакали одновременно.

В какой-то момент позади нас начало вставать солнце.

— Чёрт, – сказала Юли. – Я обещала пастору Петерсу, что мы вернёмся к завтраку.

Бат^[17]

— Первыми разошлись мои прихватки, – с гордостью в голосе сказал Квинн. Продажи на рождественском базаре у соборов Святой Агнессы и Святого Стефана в этом году уже побили все рекорды. И это уж точно не благодаря пуншу без сахара и алкоголя от Леопольда и Луизы, который по вкусу напоминал желудочно-кишечный чай с нотками гвоздики и корицы. И даже не из-за признанных прекрасными фотографий любителя треккинговых сандалий. Нет, настоящими бестселлерами стали вязаные крючком игрушки в виде Бакса, которые изготовили в разных размерах и цветах. У прототипа был ещё пушистый лисий хвост, но когда Бакс увидел его, то так зазнался, что пришлось отказаться от этой идеи. Удалось уговорить госпожу Харфнер адаптировать схему вязания и создать хвост дракона с треугольником на конце.

— Иногда оно того стоит, показаться людям на глаза, даже пусть и на короткий миг, – удовлетворённо прошептал Бакс откуда-то из левого верхнего угла. Он не преминул заглянуть в общественный центр, где порхал туда-сюда между Юли, Квинном и мной, к счастью, оставаясь невидимым, и с большим удовольствием комментировал, как быстро иссякает запас его вязаных «Я». Их определённо покупали не только для детей, я видела немало взрослых, счастливо улыбающихся после покупки вязаного Бакса.