Книга Сила любви, страница 161 – Керстин Гир

— Не работает, – сказал Дэв несколько секунд спустя.

«Проклятье».

— Может, испытание заключается в том, чтобы не замёрзнуть до смерти, – предположил я, оглядываясь по сторонам. Тропинка, на которой мы стояли, проходила прямо по краю крутого оврага, на дне которого текла река. Она была настолько полноводная, что можно было услышать её приглушённый рёв. Я старался не подходить слишком близко к обрыву, потому что если здесь нельзя было даже представить себе зимнюю куртку, то уж взлететь точно не получится.

— Когда наступит ночь, здесь наверняка похолодает ещё сильнее, – сказал Дэв. Он был прав: солнце уже успело немного зайти за горизонт – значит, дело шло к закату и в обозримом будущем наступит ночь. И тогда можно лишь пожелать «приятного аппетита» местным хищникам. Я попытался вспомнить, что было написано в книгах по выживанию в дикой природе, которые покупал для меня отец. Но знание о том, как сделать верёвку из волокон крапивы или сварить вкусный суп из диких трав на костре, здесь, в снегу, не очень-то помогало.

— Сколько времени тебе понадобится, чтобы построить снежную хижину? – шутя спросил я Дэва. Он ведь был родом из Гималаев.

Дэв смерил меня долгим взглядом, вероятно, задаваясь вопросом, не отмёрз ли у меня на холоде мозг.

Позади нас послышалось что-то вроде шагов. К нам приближался человек маленького роста. Он был одет в толстое шерстяное пальто, одну ногу он волочил за собой и опирался при ходьбе на палку. На спине он нёс поклажу, которая была слишком для него тяжела. Я внутренне поблагодарил этот мир за то, что хотя бы здесь мне не приходилось полагаться на помощь костылей.

— Можно пройти? Я спешу.

Лупоглазое лицо под капюшоном было багровым, как спелая слива. Хотя мы вежливо уступили ему дорогу, человечек маленького роста посмотрел на нас очень недружелюбно и направился дальше, ворча себе под нос:

— Ох уж эти люди, стоят посреди дороги. Как будто ни холод, ни драугары им не навредят.

— Драугары – это что? – спросил я.

Человечек с багровым лицом сделал вид, что не услышал. Мы с Дэвом обменялись быстрыми взглядами, потом Дэв развёл руками, и мы не сговариваясь поспешили за ворчуном.

Наша обувь определённо не подходила для этой тропы – приходилось передвигаться осторожно, чтобы не утонуть по щиколотку в снегу или не поскользнуться на льду. Я дважды терял равновесие на краю обрыва, а потому предпочёл идти по глубокому снегу, хотя уже после первых шагов мои ноги промокли и заледенели.

— Простите? – несколько раз повторил Дэв, но человечек продолжал идти вперёд, словно не замечая нас.

Только когда я взял его за рукав, он остановился.

— Простите, но мы не местные, – снова начал Дэв. – Где здесь можно переночевать и не замёрзнуть до смерти?

Он смотрел на нас с крайним неудовольствием.

— Разве я похож на человека, который остановится, чтобы поболтать на закате? – проворчал он, побагровев ещё сильнее. – В этом мире есть люди, у которых нет времени на глупые разговоры или нет здоровых ног, чтобы убегать от драугаров. Если я не успею перенести корзину с грушами через Дневной мост к празднику, то не смогу переночевать в безопасном месте. С этими словами он стряхнул мою руку и заковылял прочь.

В замке на другой стороне ущелья уже зажглись огни, на башнях развевались флаги. Ветер доносил до нас гул голосов, обрывки музыки и, кажется, запах костра.