Книга Бессонная война, страница 179 – Сэм Альфсен

Юноша вдруг сощурился, а затем, ненадолго задумавшись, всё же ответил:

— Из Дарвеля.

— Поэтому другие слуги относятся к тебе с пренебрежением?

— Да относятся как относятся, лекарь Нуска. Ничего бы не изменилось, будь я из Скидана.

Нуска понимающе кивнул. Цель для придирок и травли выбирается не по происхождению, а по личному интересу. Миела явно выделялся на фоне остальных. Нуска, который в школе также постоянно становился мишенью для насмешек, отлично его понимал. И всё же спросил:

— Ты хочешь вернуться в Дарвель?

На удивление, Миела честно кивнул. И тогда Нуска сказал:

— Я поговорю с Сином. И сделаю всё возможное, чтобы тебе помогли вернуться.

Казалось, Миела не поверил. И всё же кивнул во второй раз:

— Хорошо, лекарь Нуска.

Молодой паренёк с рыжими волосами, тёмной кожей и этими яркими золотыми серьгами покинул комнату. Нуска ещё долго смотрел ему вслед. То, как просто юноша отреагировал на подобное предложение, означало одно: он уже много раз и разными способами пытался покинуть Скидан, но не смог. И явно не надеялся, что Нуска сумеет хоть что-то изменить.

Нуске не спалось. Уже перевалило за полночь, когда он решил прогуляться по придворцовой территории. Захватив с собой меч, лекарь вдруг совершенно серьёзно решил попрактиковаться один на площадке, погружённой в кромешную темноту.

Повторяя выпад за выпадом, атакуя справа, слева, сверху, Нуска даже в ночной прохладе обливался по́том. Он не привык тренироваться кое-как – Минхэ наставлял его вкладывать в занятия все свои силы. И когда вдруг чужеродная энергия ударила в ноздри, а сбоку раздался свист, Нуска механически отразил удар. Ведь именно так лекаря обучал его учитель.

Кто-то вступил с Нуской в схватку. Но лекарь так сосредоточился на том, чтобы отражать удары и держать стойку, что у него не выдалось ни одной свободной секунды, чтобы различить в ночном воздухе чужую дэ. Да и противник оказался невероятно силён. Его атаки были настолько быстры, что Нуска невольно припомнил своё ученичество в горах. Так быстро на его памяти мог атаковать только Минхэ.

Реагировать приходилось молниеносно. За одним ударом клинка следовал другой, то с одной стороны, то с другой, то справа, то слева, то сверху, то снизу – два клинка с лязгом сталкивались, чтобы разойтись и сойтись снова.

Однако Нуска очень быстро понял, что его не хотят убить, – противник не применял энергию или навыки. Как обычные люди, они в полнейшей темноте дрались на мечах, пытаясь потеснить один другого.

И когда атаки противника стали уж слишком сложны, Нуска воспользовался своими способностями: предвидя каждый шаг врага, он бросился в бой, надвигаясь, как непоколебимая скала, как шторм или ветер, которому никто не указ.

Всё-таки он был быстрее. Не сильнее, но быстрее. Мечи встречались друг с другом так часто, что в ночи стоял непрекращающийся лязг. От желания противников победить в этой схватке трещал воздух.

Их стойки, их техники, их атаки совершенно отличались, но Нуске всё равно удавалось читать удары врага, как и врагу – его контратаки. Они словно знали друг друга сотню лет и одновременно не знали друг о друге ничего.

Нуска уже знал, кто это. Не оставалось никаких сомнений. Кровь бурлила в жилах, энергия вырывалась наружу, грозясь стереть всю Эрьяру в порошок. И сейчас Нуска понимал, что в его жилах действительно достаточно сил для этого.