Книга Лекарь из трущоб, страница 66 – Сэм Альфсен

Нуска резко замолчал, насквозь вспотевший, в поклоне опустил голову. Он хватал ртом воздух, пытаясь отдышаться. Лекарь вновь, не скупясь, испустил во время пения целое море энергии. На несколько секунд в наполненном светлой дэ пространстве наступила тишина.

После краткого затишья трактир взорвался аплодисментами, криками и свистом. Лекарь скалился и улыбался. На всякий случай он оглянулся на эрда, чтобы проверить его состояние, и увидел, как его глаза сверкают, как он улыбается и смотрит на Нуску.

На секунду лекарь потупился и в смущении отвернул голову. Несмотря на то что в этот момент множество мужчин подошли к нему, стали хлопать по плечу и жать руку, расхваливая его природный талант, он мог думать лишь о том восторженном взгляде правителя.

— Ох, друзья, ну и песня! – вмешался в пустую болтовню сурии сам хозяин трактира. – Превосходно, просто превосходно! Приглашаю всех выйти во двор и продолжить вечер под игру бардов и танцы!

— Ба, хозяин! Я не танцор. – Нуска, улыбаясь, по-братски пожал руку трактирщику. – Лучше передайте инструмент бардам за дальним столом.

— Они откланялись сразу после песни и просили передать, что это подарок.

— Вот же ж! Конечно, их счет за ужин куда больше стоимости этой старой деревяшки!

— Ничего, Нуска, я принимаю подарок. И не против оплатить счет, – вмешался взявшийся из ниоткуда Син. Голос прозвучал прямо из-за спины Нуски, а потому он резко развернулся и столкнулся носом с подбородком правителя.

Эрд нисколько не смутился, отошел на шаг назад и свободной от инструмента рукой взял лекаря за плечо. Всех поклонников юного дарования как ветром сдуло.

— А в танцах мы поучаствуем, – добавил эрд с улыбкой.

— Син, дай хоть горло промочить! – заспорил Нуска и направился к столу.

Он все еще чувствовал сильное смущение, хотя множество раз до этого выступал не только в трактирах, но и на площадях в трущобах. Но такие проблемы лекарь всегда решал радикально: сначала он влил в себя половину пинты, закусил после мясом и начал набивать трубку.

— Петь я больше не буду… Подайте огня, – попросил Нуска проходящую мимо девушку. Служанка улыбнулась и своим же пальцем подожгла табак.

— Вот же! У вас даже все служанки – сурии?

— Конечно, – с улыбкой отозвалась темноволосая арцентка. – Мы ведь находимся в сердце столицы. Сюда запрещен вход низшим рангам.

— Об этом я и не подумал… Благодарю, – сказал Нуска и устроился за столом.

Син медленно пересек зал и сел напротив лекаря. Он начал молча выпивать, а затем последовал примеру Нуски и тоже прикурил трубку спичкой из кармана.

— А ты предусмотрительный, – одобрил Нуска, указывая своей трубкой на Сина. – Так тебе… понравилось исполнение? Все-таки это твоя песня…

— Нет, не моя. Это действительно очень древний текст и легенда, положенная на музыку.

— То есть… – Нуска понизил голос. – Все, сказанное в ней, правда?

— Может, и не все, но большая часть – наверняка.

— Ха, удивительно…

Нуска чувствовал себя бесповоротно и окончательно пьяным. Дым, исходящий из трубки, и каждая затяжка только усиливали эффект.

— Ха-а… Ты уверен, что нам надо идти танцевать? Я совсем не хорош в этом…

Лекарь посмотрел на опустевший зал. Большая часть гостей, которые еще могли стоять на ногах, перебрались во двор. Оттуда доносилась вполне сносная музыка.