Книга Лекарь из трущоб, страница 357 – Сэм Альфсен

Лента не держалась на гладких прямых волосах – от порывов ветра она сорвалась, змеей взлетев в воздух. Син развернулся и вскинул руку, желая поймать ускользающую полоску ткани, но меж пальцев оказался зажат цветок груши. Именно в этой руке.

Было всего мгновение на то, чтобы принять решение. Чтобы швырнуть бутон и успеть ухватиться за шелковую ленту. Но от одной этой мысли пальцы машинально сжались, не желая выпускать нежные лепестки.

Син застыл, обескураженный собственной глупостью. Красная лента была наследием правителей, она помогала сохранять разум холодным, а мысли ясными. Ранее эрд, загнанный в угол чувством вины, уже пытался подарить эту ленту хаванцу, но тот отверг подарок. Как и все другие дары, что он преподносил. С тех пор Син и не думал расставаться с артефактом – надеялся, что он поможет удержать чувства в узде.

Теперь же ради этого цветка, который завянет к завтрашнему утру, он потерял драгоценную ленту.

Син поднес руку к лицу и разжал кулак. Мягкие, как пух, лепестки оказались раздавлены. Не выдержав крепкой хватки руки, которая привыкла сжимать рукоять меча, венчик рассыпался. Один за другим белоснежные лепестки слетели с ладони – на месте остался лишь короткий стебель и сладко пахнущие тычинки.

— Руки, омытые кровью, не способны сберечь покой. Объятия убийцы не в силах согреть. Рукой, что держала меч, не касайся хрупкого счастья^[33].

Неизвестно, какая обида движила эрдом, но в следующий миг поля всколыхнулись от темной вспышки энергии. Замерло само время. Вскоре с холма, откуда спустился правитель, повеяло свежестью и дурманящим ароматом. Сильный порыв ветра сорвался с утеса над Эрьярой и накрыл белоснежными лепестками, как снегом, равнину. Ветер кружил, вплетал в волосы застывшего на месте правителя грушевые цветы, но он не двигался с места. Опьяненный мгновением, он стоял, не открывая глаз, и чувствовал, как касаются щек бархатные соцветия. Его плащ и длинные волосы кружило в магическом танце – ветер воронкой обволок статную фигуру мужчины.

На земле и небе взошло бесчисленное количество танцующих звезд. Отражая свет, они мерцали во тьме, с трепетом опускаясь в траву.

Ураган прекратился так же быстро, как и начался. Лепестки, застыв на мгновение в воздухе, упали, усеяв всю равнину перед Эрьярой белым цветом.

Один лепесток оказался зажат меж пальцев. Не глядя, Син сунул его в нательный карман рубахи.

Эрд вздохнул и сорвался с места, уверенной поступью направляясь к городским стенам. Он раздраженно стряхивал цветы с одежды и мысленно ругался, вступив в новую борьбу с самим собой.

Син знал, что он слаб. Он настолько слаб, что об этом нельзя знать ни единой живой душе. И пусть лишь ветер ведает, что таится у него на сердце, пусть срывает с плаща лепестки и уносит вдаль вместе со всеми сожалениями.

Мне трудно посвятить свои книги кому-то конкретному, даже трудно назвать их своими.

Я посвящаю ее всем, кому сегодня трудно, кому вчера было тяжело или будет нелегко завтра. Наша жизнь – это лишь изредка преодоление препятствий, и ежедневно – преодоление самих себя.

Если ты, как и Нуска, потерян и одинок. Если ты, как и Син, мучаешься от чувства вины. Если ты, как и Хайя, не признан и не оценен.

Если ты сможешь увидеть себя хотя бы в одном из десятка персонажей… я посвящу эту книгу тебе, читатель.