Книга Лекарь из трущоб, страница 34 – Сэм Альфсен

Две хаванки, не сговариваясь, через минуту указали на запад. Они были сестрами и обе почти не разговаривали.

— Так держать. У хаванцев особый нюх на темную дэ. – Галан мягко потрепал по головам невысоких светловолосых девочек. Те лишь покраснели и смущенно опустили глаза, а младшая сестра спряталась за старшую.

— И лишь поэтому они снова первые, – хмыкнула арцентка, угрюмо вглядываясь в светлые личики хаванок, а затем быстрым шагом направилась по западной тропе. – Я вот уже могу оружие дэ призывать, только меня что-то никто не хвалит.

Галан покачал головой и ничего не сказал. Не умел он как следует обращаться с детьми. Стоило похвалить одного, как другие в ответ только злобились.

— Ты его пока даже от земли оторвать не можешь, – язвительно заметил карборец. – Какой толк от твоей тяжелой железки?

— Ах ты! Не смей оскорблять мое оружие дэ, грязный металлоломщик!

Галан встал в стороне, потирая пальцами пульсирующие виски. Арцентка и карборец уже катались в пыли, и, конечно, девчонка пригвоздила щуплого соученика к земле, избивая.

— Вильна! Прекрати сейчас же! – Галан схватил девчонку за шиворот и потащил прямо по земле. – Что за головная боль…

Больше никто не возникал. Лишь арцентка злобно барахталась и неуклюже пыталась ругаться, чем вызвала улыбку на устах молодого учителя.

«Как много прыти! Наверняка из ребят выйдут хорошие мастера».

Галан никогда не унывал. Он любил свою работу и этих несносных детей, которые постоянно соперничали друг с другом. В нем не было ни капли зависти по отношению к более талантливым сурии. Учитель действительно счастливо проводил свои будни в маленькой школе-обители, где обучал младших добродетельному пути.

Пускай молодые уже рвались в бой, но Галан верил, что в один день они поймут, что истинное счастье не в войне, а в мире.

Утопая в своих радужных фантазиях, учитель на некоторое время потерял бдительность. Возможно, именно по этой причине он был бесполезен во время Континентальной войны и теперь так безыскусно проводил свои будни.

— Учитель! – завопил Усли, но прежде, чем арцент успел обернуться, на ученика накинулся дикий зверь.

Это был волчак, впитавший в себя много темной дэ. Учитель схватился за меч на поясе и вытащил его из ножен. Сначала арцент действовал неловко, явно растерянный из-за резкой смены обстановки, но затем быстро взял себя в руки. Опыт брал свое.

Спрятав за спину правую руку, Галан красиво и быстро орудовал легким мечом, напоминавшим рапиру. Нанося точные удары по лапам и морде зверя, он начал теснить того все глубже в лес. Усли, юный карборец, успел скрыться за спиной своего учителя. Со стороны казалось, что он в порядке, а потому Галан сосредоточился на бое.

Зверь шаг за шагом был вынужден сдавать позиции, но почему-то не спешил пускаться наутек. Галан хмурился, недовольный затянувшимся сражением. Убивать священного зверя он точно не собирался, а вот дети считали иначе.

— Младший учитель Галан, отомстите за Усли! Давайте принесем его шкуру в обитель! – начал подбадривать учителя фасидец, который всегда неплохо ладил с юным карборцем.

— Точно, проткните ему глаз, Галан! – еще громче завопила Вильна.

Хаванки же лишь хмуро переглядывались. Как и все светлые сурии, они были приучены блюсти традиции и чтить священных зверей.