Книга Лекарь из трущоб, страница 261 – Сэм Альфсен

Гости были настолько захвачены зрелищем, что ревели, вскакивали со своих мест, наблюдая за охваченной пламенем землей. Та трескалась, огонь рвался наружу, прорывая целину. А Нуска… Нуска просто не знал, что делать. Он прыгал с одного участка земли на другой, но все они по очереди вспыхивали огнем. В какой-то момент не осталось ни одного безопасного клочка земли.

«Blathien, почему я не фасидец?! Что вообще с этим делать?!»

Лекарь не знал. Огонь подступал к ногам, опаляя пятки. Его жалкие ботинки не выдержат ни секунды в этом бездновом огне. Сразу расплавятся, а вслед за ним – и кожа на ногах Нуски. Взлететь в воздух он не мог. Никаких уступов или конструкций, на которые можно было бы взобраться, на арене не было. Только это море огня с Нуской посередине и этот арцент, что продолжал стоять, воткнув в землю меч.

«А что, если?.. Ха-ха, неплохой вариант!»

В который раз радуясь тому, что его лица не видно, Нуска улыбнулся и, переместив дэ в свои ступни, в несколько прыжков преодолел разделявшее его и противника расстояние. Светлая энергия смогла сберечь ноги от огня, но вести бой, тратя энергию на защиту, лекарь не мог. А потому, оказавшись подле Олина, Нуска просто подпрыгнул… и приземлился к арценту на плечи. Схватившись за голову противника, лекарь попытался рывком развернуть ее, чтобы вырубить юношу, но тот не поддавался. У Нуски просто не хватило сил, чтобы голыми руками свернуть Олину шею.

— Вы посмотрите, что он вытворяет!

— Да он просто присел на него!

— А разве так можно делать? Это не нарушение?

— Да кто знает! Но куда ему еще, действительно, деваться?!

Нуска искренне наслаждался происходящим. В какой-то момент даже тихо засмеялся, а затем задумался. Как нанести удар Олину? Куда его лучше ударить, чтобы вырубить, но не убить?

Лекарь нахмурился, перехватил меч и попытался эфесом ударить арцента по голове. Только вот Нуску обманули. У Олина уже давно были свободны руки, а держался за меч он, чтобы ввести соперника в заблуждение. Оружие не нужно было постоянно подпитывать дэ – пронзив землю, оно продолжало испускать жар и без участия своего хозяина. Лекаря схватили, а затем рывком повалили наземь. Прямо в незатухающий огонь.

Нуска вскрикнул. Огонь жадно облизнул его лицо, грудь, ноги и руки.

— Быстро сдавайся, пока не сгорел заживо! – выкрикнул Олин прямо на ухо Нуске, но продолжил удерживать его, вдавливая в пламя.

Это не было костром. Не было очагом. В нем нельзя было сгореть заживо, но это было подобно пытке. Искры жглись, вгрызались в плоть, поражая ее своей энергией.

Нуска не знал, что делать. Его разум помутился от боли, но он не был готов сдаться. Не так глупо, не так быстро. Уставившись на руку Олина, которой тот уперся в землю прямо перед носом Нуски, лекарь вдруг усмехнулся. Повязка на его лице, охваченная пламенем, сползла вниз. И потому Нуска подался вперед и зубами вцепился в запястье Олина. Кровь тут же оросила глотку, а чужеродная дэ пронзила тело. Эта боль была невыносима. Еще сильнее, чем от огня, что сейчас пожирал одежды хаванца. Но уже через несколько секунд Нуска прекратил чувствовать боль в теле. Огонь больше не задевал его, не жег кожу и отцепился даже от подпаленной одежды.

И тогда лекарь хорошенько вмазал навалившемуся на него арценту по челюсти, затем – локтем по солнечному сплетению. Нуска знал наверняка, куда бить, не имея превосходства в силе.