Книга Из бездны к звездам, страница 46 – Сэм Альфсен

— Открой глаза, хаванец. Сейчас же.

Рабское клеймо на спине вспыхнуло болью. Силы покинули его. Нуска открыл веки и увидел два немигающих белых глаза, что прожигали его насквозь.

— Так что я должна сделать с тобой? Мне отправить письмо эрду с требованиями для обмена?

— Нет… – упавшим голосом пробормотал Нуска.

— Почему я не должна этого делать?

— Я… прошу вас… – У Нуски показались слезы.

Тиама вдруг очень ласково улыбнулась и погладила Нуску по щеке, приговаривая:

— Такой хороший мальчик… И почему мужчины становятся такими, лишь когда им угрожаешь?

Она продолжала гладить щеку Нуски очень нежно, ее взгляд гипнотизировал, она говорила:

— Если ты так просишь… я отпущу тебя. Ты ведь побежишь сразу к Сину, да?

— Да.

Нуска был не в состоянии лгать. Он еле находил в себе силы, чтобы не потерять сознание. Он не знал, что это за магия, что за страх. Больше всего это напоминало… ужас, что испытывает дичь, смотря в глаза хищника. Этому было невозможно противиться.

— Хорошо. Тогда передашь ему мое письмо? Можешь прочитать – там нет никаких угроз. Я лишь назначаю день и место нашего финального сражения. Сделаешь для меня эту малость, чтобы получить свободу?

Нуска уже не мог дышать. Он часто втягивал воздух, но тот словно не наполнял легкие. Перед глазами темнело.

Лицо Тиамы стало грустным. Она наклонилась и… коснулась губами губ Нуски, наполняя его легкие живительным кислородом. Сделав так несколько раз, она выровняла его дыхание, а затем мягко убрала насквозь мокрые прядки с его лица.

— Если тебе лучше, то ответь мне.

Нуска не мог говорить, он лишь коротко кивнул и уронил голову.

— Тебя действительно воспитали очень послушным. С тобой так легко договориться. Вот, я оставлю это письмо здесь, – сказала Тиама, а затем отошла, чтобы положить конверт на камень, на котором ранее сидела. Затем она остановилась в нескольких шагах от Нуски и добавила: – Тогда я пойду. Эти веревки пропадут сами по себе через полчаса. Ты как раз придешь в себя. Если тебя развязать сейчас, то ты наверняка упадешь на пол и разобьешь голову, да? Что ж…

Она, казалось, задумалась. Остановилась, уставившись на свод пещеры. Ее зрачки сузились, уподобившись змеиным. В ее тоне появились еле ощутимые угрожающие нотки:

— Драконы не терпят обмана, хаванец. На этот раз я очень хорошо запомнила твой запах. Где бы ты ни был, я найду тебя. Я уничтожу тебя. Я буду отрывать от тебя по части прямо на глазах у Сина. Поэтому выполни мою просьбу, если не хочешь завтра проснуться в оставшихся от Скидана руинах.

Она начала обращаться. Появился хвост, затем – крылья. Сверкающая белая чешуя стала покрывать ее нагое тело. Чешуйка за чешуйкой словно нарастали друг на друга – Тиама стала так стремительно увеличиваться в размерах, что Нуска испугался, что пещера не выдержит и разрушится. Он зажмурился, а когда открыл глаза, всю пещеру занял дракон.

Его морда медленно повернулась к Нуске. Дракон открыл пасть и показал лекарю два ряда клыков, каждый из которых был размером с его руку. Дракон смерил Нуску взглядом, а затем медленно начал выползать из пещеры.

Нуску била дрожь. Пот стекал даже по ногам. Сердце колотилось так быстро, что заболела грудная клетка. Мимо лекаря скользнул драконий хвост – и лекарь зажмурился снова. Потому что даже легкое касание могло убить его на месте.