Книга Из бездны к звездам, страница 18 – Сэм Альфсен

— Лучше скажите, если что-то натворили… Все равно нам придется пройти через это вместе, – со вздохом отвечал Оанн. Он отвернулся, а его золотистые волосы упали на лицо, скрывая черные мешки под глазами. Оанн был измучен. Иногда он задумывался о том, чтобы…

— Я ничего не сделал, – честно ответил Нуска.

— Когда-нибудь я вас просто вырублю и увезу в другую страну, – признался Оанн и склонился вперед, схватившись за голову.

Нуска ни с того ни с сего улыбнулся и похлопал своего подопечного по плечу. Кажется, они достигли некоего согласия, а до столицы уже рукой подать. Скоро они прибудут в Эрьяру и смогут как следует отдохнуть…

Именно об этом думал Нуска, когда рядом мелькнула какая-то тень, а им под ноги с грохотом свалился человек. Упав лицом вниз, он застыл, не шевелясь и не дыша.

Оанн вскрикнул и поднялся. Нуска же не тронулся с места и, вылупив глаза, наблюдал за валявшимся у его ног трупом.

«А можно было организовать такую оперативную доставку трупов в Хаване?» – думал он.

— Господин Нуска! Это какой-то фасидец! Он еще жив, но ранен! – тут же выдал Оанн и наклонился, чтобы перевернуть того на спину.

Нуска поморщился, отвернулся и ответил:

— Я больше не спасаю людей в окрестностях Эрьяры, я дал себе слово.

— Господин Нуска, это же Энки!

— …тем более.

— Мы… Я… Я могу доставить его в Эрьяру и передать лекарям, но…

Нуска тяжело вздохнул, опустился рядом на колени, снял верхнюю одежду и закатал рукава рубахи. Стащив с Энки плащ, они обнаружили множество рваных ран.

— Но он не доживет и до вечера, – закончил Нуска. – Подай ром.

Облив руки спиртным, лекарь еле смог подавить рвотные позывы. Лицо Энки, запах рома, неизбежная смерть. Все это было слишком хорошо знакомо Нуске, но он взял себя в руки. Глубоко вздохнув и закрыв глаза, лекарь снова мысленно отделился от тела. Наблюдая за своими действиями со стороны, он руководил процессом, но как будто и не участвовал в нем.

Каждая рана была обработана. Там, где застряли ветки или шипы, пришлось пройтись ножом. Самую страшную рану на животе Нуска прижег, не моргнув и глазом. Используя иголку и нитки, лекарь зашил несколько рваных ран, а затем наложил повязки. Туго и крепко, лоскут за лоскутом, обработанные ромом, они закрывали раны. Вскоре кровотечение остановилось.

Нуска наклонился и, морщась от отвращения, раздвинул пальцами зубы Энки, чтобы влить в него ром – этот ненавистный им обоим напиток.

Как и ожидалось – фасидец почти сразу очнулся.

— Оанн, заткни этому hve рот, чтобы его не рвало. Еще можешь сесть на него, чтобы не двигался. Если раны откроются, то зачем я тратил свое время?..

Нуска стоял в стороне и протирал руки последней оставшейся тряпкой. Затем, прикурив трубку, он уставился вдаль. Пещера находилась на холме, а впереди до горизонта простирался лес. За ночь голые ветви деревьев и вечно зеленые ели покрылись изморозью. Белоснежные кроны деревьев сливались с призрачно-серым тяжелым небом.

— Он снова отключился, господин Нуска. Что будем делать?

— Ждать, – со вздохом ответил лекарь и закрыл глаза.

Их припасы были на исходе. В любой момент на их след могли напасть стражники, а еще вероятнее – те волчаки, что сотворили подобное с Энки. Что ни говори, а их положение никак иначе, чем плачевное, не опишешь.