Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 228 – Лоис МакМастер Буджолд

Изерна заняла кресло по другую сторону Ри, оставив Пену место напротив.

— Что это за история?

Совместный спотыкающийся рассказ Ри и Чио о противостоянии на складе был, конечно же, путаным и чудовищным, не в последнюю очередь потому, что умиравший от голода молодой человек пытался говорить с набитым ртом. Не помогало и то, что они начали с конца, прыгая туда-сюда, излагая хаотические события прошедшего вечера каждый со своей точки зрения. Пен решил, что Ри подверг рассказ о пережитом под властью демона жесткой цензуре, чтобы не огорчить мать. Однако он неуклюже признался, что ограбил молодого человека, в одежду которого до сих пор был одет, к чему Пенрик добавил свои, как он надеялся, утешительные заверения.

— Подождите, – взмолилась Изерна, вскинув руки. – Вернитесь к началу. Ты говоришь, Мерин сбросил тебя за борт? Это не был несчастный случай?

Она стиснула зубы, пока Ри излагал более длинную версию того, как он обвинил Мерина в краже и что произошло дальше, упоминая множество имен и подробностей о торговых счетах и расчетах, в которых Пен ничего не понимал, однако Изерна, очевидно, понимала. Было ясно, что к Ри возвращался разум, если не самообладание.

— Растрата. Что ж, я не удивлена, – сказала Изерна.

— Нет? Я был ошеломлен, – ответил Ри.

— Наверное, кому-то следовало сказать тебе, но Мерин был человеком твоего дяди Нигуса и его проблемой, а потому Рипол не вмешивался. Нигус заподозрил Мерина в недобросовестности, еще когда тот работал на него, однако у всех потерь нашлись иные объяснения – выдуманные, надо полагать, – и он не думал, что сможет доказать это в суде. Он решил проблему, порекомендовав Мерина одному из своих главных конкурентов. Что лично я сочла почти столь же коварным, как собственно кража, но меня никто не спрашивал.

— А я-то гадал, почему тебе не нравится, что он увивается вокруг Лонниэль. Я думал, причина в том, что он слишком беден.

Изерна фыркнула.

— Рипол был таким же бедным, когда мы поженились. И мы пережили трудные времена, но боролись с проблемами тяжелым трудом. А не растрачивали ум на бесчестные схемы. – И пытливо продолжила: – Но что произошло после того, как тебя сбросили в воду?

Ри отвел взгляд. Его загорелое лицо внезапно показалось еще более изнуренным.

— Я был так зол, что сперва даже не испугался. Но моих криков никто не услышал, а корабль скрылся из виду. Я мог определить, в какой стороне восток, пока луна стояла над горизонтом и в небе были звезды. И по солнцу, когда наступил рассвет. Я не думал, что справлюсь, но поплыл к берегу. Все медленнее и медленнее, когда усталость начала брать свое. Под конец я с трудом держался на плаву. Я думал, ну, я думал о многих вещах. О том, что мне следовало сделать и чего не следовало, обо всех тех вещах, которых уже никогда не сделаю.

Изерна слушала, прижав руку к губам и не перебивая. Чио тоже слушала с мрачным интересом, склонив голову к Ри.

— Самым странным был дельфин, – продолжал Ри, – он всплыл подо мной на рассвете, как раз когда я понял, что больше не могу плыть. Я никогда раньше не видел дельфинов так близко, никогда их не касался. Он был гладким, прохладным и твердым, как мокрая кожа. Не считая бугров – теперь я думаю, что это были опухоли, потому что некоторые лопнули и воспалились и позже я помнил боль. Уцепиться за него было непросто, но клянусь, он ждал меня, как послушная лошадь. Должно быть, весь тот долгий день мы медленно плыли в сторону Адрии. Потом он умер и начал тонуть, а я подумал, что наконец-то сошел с ума от боли. Я был в таком смятении, что едва помню рыбаков. Нужно отыскать их, чтобы поблагодарить.