Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 209 – Лоис МакМастер Буджолд

Его рассеянная улыбка приободрила девочек, а может, причина была в воде и пище. При лучшем освещении Пен увидел, что их глаза были медно-карими, наводя на мысли о рокнарийской крови. Сестры подобрались к нему ближе.

— Можно потрогать? – спросила Сьюка, протянув маленькую ручку.

— Давай, трогай, – со вздохом ответил Пен, обхватив руками колени и прижавшись к ним лбом. Чтобы оставить немного личного пространства – как себе, так и девочкам. Касания быстро перешли в расчесывание пальцами, к одной руке присоединилась другая, затем еще две, и завязка покинула его волосы. Затем, конечно же, пришло время заплетать косу. И расплетать, и заплетать снова, потому что каждая сестра хотела в этом участвовать.

Где-то пролегала важная граница между тем, чтобы успокоить их страхи, и тем, чтобы заставить уважать себя в достаточной степени на случай необходимости сразу и без вопросов выполнить его приказы. Хотел бы он знать, где именно она пролегала. Хотя, если говорить о приручении, позволить девочкам причесывать его, будто пони, не нанесло такого уж урона чародейскому достоинству.

И это очень успокаивает, заметила Дез.

Тихо. Но его глаза закрывались, голова отяжелела.

Дернувшись, Пен проснулся прежде, чем начал храпеть, но не прежде, чем начал пускать слюни. Он потер мокрое пятно на колене, сказал: «Пока достаточно», – и отодвинул голову. Его горничные разочарованно нахмурились, но вернулись в свой угол.

— Когда меня тащили на борт, – снова начал Пен, – я заметил еще один трюм, на корме. – Он не стал упоминать, что заметил это не собственными глазами. – В нем сидело шесть пленников. Не матросов. Это другие пассажиры с вашего корабля.

— Может быть, – ответила Ленчия. – Пираты захватили только наш корабль, а потом твой.

— С ними все в порядке? – спросила Сьюка, снова встревожившись.

— По крайней мере, они живы. Там была избитая пожилая пара. Кажется, у их спутника сломана рука.

Ленчия кивнула.

— Это их сын. Он пытался их защитить, но пират ударил его молотом. Звук был ужасный.

Снова боевой молот; очевидно, любимое оружие владельца. Сыну, который сам был немолод, очень повезло, что ему не проломили череп. В любом случае, вряд ли Пен мог рассчитывать на этих трех людей в схватке или управлении кораблем.

— Еще один мужчина средних лет, коренастый.

— Это купец из Адрии, – ответила Сьюка. – Он был хорошим. Мы спросили, встречал ли он папу, но он сказал, что нет. – Она уныло вздохнула.

— Еще один пожилой человек, тощий. Брюзгливый… э-э, ворчливый, – поправился Пен, и лица девочек озарились узнаванием.

Быть может, причина в червях, пробормотала Дез.

Что ж, в таком случае, у тебя будут паразиты, когда прижмет.

Его посетил образ недовольно высунутого языка.

— А, Поцени, – сказала Ленчия. – Капитан говорил, что он писец из Карпагамо, но когда пираты схватили его, он кричал, что он святой Отца и еще покажет им.

— И… какова правда? Вы знаете?

Ленчия сморщила нос.

— Я думаю, что он писец и просто пытался спасти свою жизнь.

— Похоже на то. – Быть может, от Поцени будет прок в управлении кораблем; в драке, если до нее дойдет – едва ли. – Там был еще один человек. Раненый, страдающий от лихорадки, слабый от потери крови.

— Да, это другой адриакский купец. Кажется, партнер толстяка. Он пытался драться. – Ленчия съежилась от жуткого воспоминания. – Ему удалось ненадолго сдержать их, но потом они повалили его и будто сошли с ума. Я думала, он погиб.