Книга Услышь меня, страница 16 – Вера Окишева

К их внешности нужно привыкнуть, особенно к их способности создавать проблемы. Они не понимали: что такое личное пространство, личные вещи и сама личность. Жители голубой планеты Ин строили коммунизм, пытаясь остальным доказать, что это круто! Правда, их слушать никто не хотел.

Да и кто будет слушать, если тебе одухотворённо расписывают прелести общества, где все равны и тут же берут твою кружку и выпивают остатки кофе! Да после этого к кружке прикоснуться противно, не то, что слушать дальше.

Нашу увлекательную беседу пришлось отложить через пять часов, так как пришла Джорджия сменить меня. Я тепло попрощалась с новенькими и, улыбнувшись Матиасу, отправилась в столовую. Удивительно, как легко и быстро я нашла в их лицах друзей. Очень позитивные и хорошие люди. Пусть и читает кое-кто эмоции, но, видимо, наскучавшись в обществе инга, Матиас искал общение с себе подобными. Поэтому так жадно вглядывался в мимику, в глаза, читая понятные и привычные чувства.

В столовой царило поразительное оживление. Я попала на дневную пересмену, поэтому заметила много знакомых. Присоединившись к девчонкам, слушала их краем уха, быстро поглощала обед, пока не прибежала Нелли. Плюхнувшись напротив, она, как сыч, вцепилась в меня взглядом и требовательно спросила:

— Ну как? Нормальные?

Разговоры за столом прекратились, и все обернулись к нам, с большим любопытством прислушиваясь.

— Очень, — кивнула подруге.

— А там такой рыженький, как он? Нормальный? Не кретин очередной?

Мне даже обидно стало за Брауна.

— Томас очень милый мальчик. Ему недавно восемнадцать исполнилось, так что будь с ним вежливее. Парень, кстати, талантливый.

Всё это я прочитала в его голове. Брауну пророчили блестящее будущее.

— Фу-у-у, — выразительно выдохнула с облегчением Нелли. — Так, чур он мой.

Я аж закашлялась, подавившись водой. Вылупилась на неё, чуть ли не ором крича:

— Ты сбрендила, что ли?! Говорю, он маленький ещё!

Девчонки со мной были согласны, но упрямая Нелли стояла на своём:

— Ну и что? Значит тем более мой. Я тут прочитала в статье одной, что мужа надо воспитывать самой! Для этого надо брать их, пока они ещё не порченные.

Аппетит пропал, слёзы от смеха на глаза проступили. Я не сдержалась и прыснула в кулак.

— Смейся, смейся, а вот когда я вперёд тебя замуж-то выскочу, посмотрим, кто смеяться будет последним, — заверила меня Нелли, затем обернулась к девчонкам и строго рявкнула: — Рыжий мой! — опять посмотрев на меня, заискивающе спросила: — Расскажи о нём, пожалуйста.

Нелли сложила ладошки, потирая их, с мольбой смотрела на меня. Я сидела и не знала что делать. Ощущения такие, будто я стану соучастником растления несовершеннолетнего. Хотя он уже достиг точки взросления, и сам считал себя мужчиной. Даже интим был пару раз. Правда, глядя в алчные глаза подруги, не понимала я её одержимости.

— Нелли, мир на мужчинах клином не сошёлся. Пожалей мальчика.

— Я же не собираюсь его насиловать, — возмутила подруга. — Тебе что, жалко?

— Да, жалко. Томас очень… — тут я замолчала, не зная как объяснить то, чего в принципе знать не должна. — Мне кажется, он тебя разочарует, — решила смягчить подругу. — Ты всегда мечтала о настоящем мужчине, а он ну… совсем ещё маленький.

— Нелли, зачем тебе ребёнок? — встряла в разговор её знакомая, Марта. Я смотрела, как мается подруга, как она не хочет признаваться, что имеет слабость к рыжим. На крейсере, как назло, ни одного не было до недавних пор.