Книга Петли времени — узор судьбы, страница 30 – Вера Окишева

— Дура, убери щит. Он для них как цель в тире.

Но предупреждение запоздало. В бок что-то болезненно впилось. Я вскрикнула и чуть не упала. Меня подхватили сильные руки, и бег продолжился, а я чувствовала разрастающуюся боль в боку. Что это было? Почему амулет не сработал? Даже сейчас, когда мужские руки трогали меня, не было упреждающего разряда, к которому я за год так привыкла. Перед глазами качался мир, я слышала, как тяжело дышал мужчина, который нес меня на руках. Мимо нас пролетали голубые смертоносные разряды, и тучи, очень низкие тучи над головой, разразившиеся громом и молнией, низвергнувшие крупные капли воды прямо мне на лицо и в приоткрытый рот.

— Корион, — полустон сорвался с моих губ, а порывистый ветер налетел, сбив с ног мужчин. Я видела огромного ящера, спускающегося прямо с небес. Он прилетел. Мой дракон.

С приходом темноты боль никуда не делась, она постоянно раздражала мое тело, словно впивалась острыми зубами и трясла, как собака тряпку. Я слышала голос Кориона рядом с собой, его заверения, что все пройдет, надо лишь потерпеть. Но как? Как терпеть такую боль? Я рыдала и звала его. Он укачивал меня на своих руках, я почувствовала это и погрузилась в беспамятство, чтобы вновь прийти в себя от очередной вспышки боли. Сколько продолжался этот ад, я точно не знала, но Корион не оставлял меня. Я слышала в его голосе беспокойство, его нежность. Он просил у меня прощения, ласково гладил по волосам и целовал.

О, что это были за поцелуи. Почему вообще мой первый поцелуй случился именно тогда, когда я корчилась от боли? Я бы хотела, чтобы мой первый поцелуй был при более романтических обстоятельствах.

Боль ушла как-то резко, словно ее кто-то выключил. Агония, терзающая меня несколько часов, закончилась. Я осторожно открыла глаза и встретилась взглядом с Корионом, который лежал рядом со мной в уже знакомой кровати под каменным сводом пещеры. Он нежно прочертил пальцем линию от виска до подбородка, а затем щекотно обвел губы.

— Если бы я мог, все было бы иначе. Но увы. Это нужно было, Рада. Прости меня за эту боль, — прошептал он как в бреду.

Я нахмурилась, не поняв, чем бы он мог все исправить. Потрогала бок, с удивлением отметив дорогую шелковую ткань, а под ней явно здоровую кожу.

— Кори, ты же не знал, где я появлюсь и во что вляпаюсь. Неприятности меня преследуют.

В черных глазах полыхнул живой огонь, я завороженно ахнула от восторга и вдруг оказалась под крепким телом дракона. Не ящера, а мужчины, но мысль о том, что он мог в любой момент превратиться в огромного ящера, будоражила воображение.

— Я усовершенствовал амулет.

Я как-то странно реагировала на Кориона, словно загипнотизированная, смотрела, как он ласково гладил пальцем изумруд подвески. Все во мне тянулось к этому мужчине и на душе легкость, будто не я только что корчилась в агонии. Мне это нравилось. Мне нравилось то, что я была с Кори, чувствовала тяжесть его тела, видела его обжигающий взгляд и слышала этот ласковый хрипловатый голос.

— Теперь ты точно в безопасности, — продолжал говорить Корион, — даже если что-то рядом взорвется. Не подумал, что заклинания совершенствуются, и амулет может так подвести меня и тебя, милая. Но теперь ты в безопасности и я спокоен за твою жизнь.