Книга Петли времени — узор судьбы, страница 13 – Вера Окишева

Нет, идея заклинания перемещения во времени давно не выходила у меня из головы. Но как-то все не было времени проверить сработает ли оно. И я даже допускал, что оно сработало, ведь как объяснить иначе, что на тонком запястье из-под рукава платья зеленоглазой виднелись бусины только что купленного мной браслета из магензия?

Я даже больше чем уверен, что это тот же самый браслет, что лежал у меня за пазухой, как не сомневался в подлинности амулета зеленоглазой невесты. Путешественница во времени — как дико звучало, но вполне реально, если это мое заклинание. Оно настраивалось на ауру определенного субъекта. Неужели это и вправду моя невеста? Где были мои глаза, когда я ее выбирал? Разве не видел что у нее короткие волосы? Или…

— Почему твои волосы острижены? — сухо просил я у своей якобы невесты, чтобы уже развеять сомнения в своих умственных способностях.

Драконица недоуменно моргнула, затем погладила волосы, даже нахмурилась.

— А что не так с моими волосами? Модная прическа, между прочим, и стоит два серебряника, — уточнила она, а я скептически усмехнулся.

Могла бы и к палачу обратиться, тот бы остриг волосы за одну медяшку, порой вместе с головой.

Девушка, видимо, прочла что-то на моем лице, хотя и я не скрывал своего мнения по поводу такой постыдной моды, а затем стукнула себя по лбу. Я был впечатлен, наверное, это больно.

— А. Как я могла забыть, — воскликнула драконица, а я вот нисколько не удивлен как, если она себя постоянно так била по лбу, то весьма логично, что у нее непорядок с головой. — У вас же не приняты стрижки.

"Да что вы говорите" — мысленно усмехнулся.

— Почему не приняты? Приняты, — взялся объяснять, залюбовавшись милым недоумением девицы. — Только у порочных женщин и нищенок.

— Э, — возмущенно вскинула голову Радалия. — Ты мне говорил, что у меня бесподобные волосы. Они тебе всегда нравились.

— Так уж и говорил. Наверное не хотел ранить твои чувства, — усмехнулся я, но понял одно, что там, откуда прибыла эта нелепая дамочка, женщины стригут себе волосы добровольно. Знать бы зачем, неужели мода на благородство прошла? Теперь бы узнать откуда она из какого времени.

— Сейчас восемьдесят пятый день весны 9087-го года.

— Что? Восемьдесят пятый день весны девять тысяч восемьдесят седьмого года, — обрадовалась Радалия, подбежала ко мне, сложила ладошки и потерла их, взмолившись: — Прошу, прошу, пойдем посмотрим, как сегодня ночью убьют Югани, а?

— Югани? Кто его убьет? Он сегодня ночью взойдет на трон.

Радалия закатила расстроенно глаза, затем выдохнула, зажмурившись.

— Корион, мне лучше знать, когда и кто умрет, — нравоучительным тоном заявила огненная драконица, распахнув глазки-малахиты, и вновь повторила трюк с обниманием. — Милый мой, любимый Темный Властелин, ну, пожалуйста, пожалуйста, давай посмотрим, как его убьют. Это же тайна века. Его должны отравить прямо на церемонии. А кто? Я хочу знать.

Она наивно полагала, что это мило, вот так вот выпрашивать посмотреть на чью-то смерть.

— А я тебе говорил, что ты самая ненормальная женщина, которую я встречал?

Очень хотелось услышать, что я не совсем сошел с ума, связавшись с этой особой.

— Почему ненормальная? — опять так обиженно на меня сверкнула глазами, что не было сил не улыбнуться. Мне нравилось ее дразнить. — Ты называл меня восхитительной, чудесной. Ты считаешь меня милой.