Книга Взмах чёрного крыла, страница 65 – Вера Окишева

Я опять призадумалась, и снова память подсказала, о чём спрашивал преподаватель.

— Ой, мне всё рассказывать? — ужаснулась я, прикинув, сколько времени это займёт.

Преподаватель рассмеялся.

— Нет, что вы. Кроме вас у меня есть и другие студенты. Но я так понимаю, ответ ваш будет такой же, как и первый — всё? Практически?

Я кивнула. Кажется, мы найдём с Ти общий язык. Звонок прозвенел, как всегда, на самом интересном месте, когда один из студентов, путаясь в датах, пытался пересказать то, что поведала я, ужасно заикаясь и затравленно глядя на преподавателя. А тот и рад стараться путать и без того завравшегося парня.

Всё студенты как по команде, не слушая предупреждения Ти о том, что на следующем уроке лекции не будет, а будет проверочная работа, стали собираться. Я нерешительно озиралась, не зная, к кому подойти. Девчонка отпадала сразу, она такие на меня кидала взгляды, словно желала, чтобы я провалилась сквозь землю, но я сжимала амулет и посылала ей ответные снисходительные улыбочки. Девушку после звонка сразу обступили трое, она притворно смеялась, позволяя им собирать её конспекты в сумку и, конечно же, нести эту «неподъемную» тяжесть. Сама студентка не собиралась утруждаться ношением своих вещей. Она походкой от бедра спустилась по ступенькам вниз, маня пальчиком парней. Я встала, отмечая, что ко мне хотят подойти несколько юношей, но первым успел очень привлекательный молодой оборотень. Он представился Дантором, добавив, что он старший в группе, и сразу предложил проводить меня к следующей аудитории.

Я, конечно же, согласилась, даже обрадовавшись, что не пришлось никого спрашивать. Всё же начинать налаживать дружеские отношения тяжело, особенно если на тебя смотрят как на аппетитную булочку, а в уме, наверное, выпивают досуха.

Дантор оказался очень скупым на разговоры, он чуть надменно рассказывал про распорядок дня в академии. Обеда здесь не было, семь уроков по полтора часа каждый. Так что если я голодна, то у меня на это есть перемены. Предупредил, что опаздывать на уроки запрещено без уважительной причины, которых было на удивление мало: смерть, донорская услуга и пожелание господина.

Под донорской услугой понималось следующее: я кого-то покормила, ослабла и должна обратиться в лазарет, где мне дадут справку, что я не прогуливала, а лежала и спала, восстанавливаясь. Ну а с пожеланиями господина вообще всё было понятно.

Дантор также предупредил, чтобы я лично ему не предлагала донорских услуг, впрочем, и других тоже.

— И в голову не пришло, ковбой, — усмехнулась я, обгоняя этого выскочку.

Я вошла в аудиторию, где собралась та же самая группа, и села вновь у окна. Лекция была о магии земли, и всё, о чём рассказывал преподаватель, я знала. Мне оставалось на практике убедиться, что наши с Гетером занятия не прошли даром, и я действительно за тот месяц прошла трёхлетнюю программу обучения в академии. Разумеется, все эти знания были переданы мне магическим путем. Но, как объяснил мне в один из вечеров Ли, воспринять такое количество информации мог только очень талантливый маг, одарённый больше, чем среднестатистический тенгарец, и к тому же имеющий невероятный стимул к обучению. Так что мне даже хотелось немного попрактиковаться в тех дисциплинах, которым мы уделили мало времени.