Книга Единственная, страница 35 – Вера Окишева

И вновь вспышка: я подошла к монитору, чтобы отправить свой последний отчет на сегодня, неожиданно пришел вызов от Милославы. С трудом сдерживаясь от неприязни, заставила себя нажать на вызов:

— Привет, пошли на коктейльную вечеринку! Ее устраивает Фред в честь окончания пребывания на астероиде.

— Милочка, я сегодня не могу, надо составить отчет. Ты же знаешь, у вас работа закончилась, а у меня она только началась, — виновато отказывалась от предложения, пожимая плечами, для убедительности развела руками. Мила радостно улыбнулась, ничуть не обидевшись, проговорила:

— Отлично, хоть мешать не будешь. Я хочу, чтобы Фред стал, наконец-то, моим, а ты отвлекаешь его от меня. Так что, работай, Златочка, работай!

Громко рассмеявшись, Мила отключилась. А я стояла с открытым ртом и не могла поверить, что она такая. Моргнула, сгоняя непрошенные слезы, и вернулась к работе.

И вновь темнота. Кстати, в тот вечер практически все присутствующие на той вечеринке стали пациентами медблока. Кто-то что-то смешал несовместимое. Капитан рвал и метал. Оставшиеся здоровые члены команды работали круглые сутки. Пока медик пытался поставить ребят на ноги.

В новое воспоминание окунулась слишком резко: я шла к капитану с очередным отчетом для резолюции. В рубке он был один. Я, поздоровавшись, протянула планшет. Он стал его читать, а в этот момент зашел Фред, отдав честь капитану, встал рядом со мной. Пока капитан не обращал на нас внимания, уткнувшись в отчет, МакКонард рукой обхватил мою попку, и больно сжал ладонью. От отвращения, я, словно ужаленная, отскочила от него.

— Ты что себе позволяешь? — прошептала улыбающемуся Фреду.

В ответ он медленно, не произнеся ни звука, прошептал так, чтобы я могла прочитать по губам:

— Сегодня я трахну тебя.

Я испуганно отодвинулась от маньяка еще дальше, а он подарил мне такую страшную похабную ухмылку, что сердце у меня чуть не остановилось от страха.

Капитан, так ничего не заметив, протянул мне планшет. Я красная, как рак, испуганно убежала к себе.

И вновь темнота. В этот раз я была ей рада. В тот день я ушла спать в лабораторию, куда у Фреда не было доступа. А у меня там был друг и товарищ Алекс. У него как раз была смена и мы просидели с ним до утра. Я помогала ему составлять отчет., дергаясь от любого подозрительного звука. К завтраку, как ни странно, Фред не появился. Только к обеду я узнала от Милы, что он в медблоке. С ним произошел несчастный случай: двери его каюты резко закрылись, он еле успел проскочить, но ногу сильно зажало. Выписали его только вечером следующего дня.

И вновь вспышка света — очередное воспоминание услужливо продлевает мои мучения.

Я опять шла по коридору, вдруг стала прислушиваться к подозрительным приглушенным голосам, приблизившись к приоткрытому люку:

— Я тебе говорю, сегодня эта недотрога будет подо мной извиваться, — услышала я решительный хриплый голос Фреда.

— Что-то не больно у тебя получается. Сколько раз уже обещал, а все она от тебя убегает. Давай я приглашу ее к себе. А ты потом придешь. Я с удовольствием посмотрю, как она будет реветь и умолять тебя остановиться!

В ужасе я отскочила от двери, и со всех ног убежала опять в лабораторию к Алексу.

И вновь спасительная темнота.

Я тогда не смогла понять, за что Мила меня так ненавидит. Ее голос было невозможно спутать ни с кем другим. Только откуда в ней столько злобы? И что я ей такого сделала? Алекс потом долго не мог привести меня в норму, отпаивая чаем. Я упорно пыталась дозвониться до Тима. Но сигнал почему-то не доходил до Земли. В тот раз я опять осталась с Алексом до конца его смены.