Книга Его двуличная любовь, страница 93 – Вера Окишева

Да, именно так я хотела поддеть Мелори. Именно за страх его презирал Рик. Нейтман выдохнул, зарылся рукой в волосы, растрепал их и с улыбкой заявил:

— Это не бесстрашие, а безумство. Если бы ты знала, каково это - просыпаться от удушья, когда какая-то пьяная рожа держит тебя за шею и бьёт по лицу за то, что ты не делал! Или когда оказываешься в полиции по подозрению в убийстве, которого не совершал и совершенно ничего не помнишь! - решил пооткровенничать Нейтман. - Но ужаснее всего, когда к тебе приходит цыпочка и, угрожая ножом, желает отрезать твои причиндалы, чтобы по бабам не гулял. Так что о бесстрашии Рика можешь, София, мне не рассказывать. За него расплачиваюсь я.

Я посочувствовала Нейтману, но любопытству во мне не терпелось узнать подробности:

— И как же ты сохранил свои причиндалы при себе?

— Убежал, - невозмутимо ответил Мелори. - Не драться же с ней, в конце-то концов. Да и телохранители не за просто так деньги получают, сдали её в полицию.

— И что? Её посадили? - допытывалась я.

— Нет, Рик с ней потом разбирался. Больше я её не встречал и знаешь, как-то не тянет.

— Ну да, такая возьмёт в оборот - моргнуть не успеешь, - согласилась я с ним.

Мелори помолчал, наверное, вспоминая былое, затем поднял на меня глаза.

— Знаешь, сколько раз я просыпался в постели с незнакомыми женщинами? Больше тридцати, дальше со счёта сбился. И каждый раз новая. Но ты... Ты не такая... Ты действительно что-то значишь для него. Я смотрю на тебя и понимаю, как ты прекрасна.

Я фыркнула и закатила глаза.

— Нейтман, не старайся, это выглядит так фальшиво, что противно слушать. Ужин закончился, уходи домой, - я демонстративно встала из-за стола, вытирая рот салфеткой.

Мелори тоже поднялся.

— Не веришь, что я влюбился в тебя? - возмущённо выкрикнул он.

Я с улыбкой покачала головой. Да и кто поверит? Видно же, что притворяется. Но, видимо, зря я улыбалась так открыто. Нейтмана это задело. Он шагнул ко мне, обнял, притягивая к себе, и попытался поцеловать. Наши губы соприкоснулись, я онемела от такой наглости.

Оттолкнула его от себя и врезала кулаком по скуле. Боль в костяшках обожгла. Я зашипела и стала стряхивать руку, а Нейтман изумлённо на меня смотрел, потирая покрасневшую скулу.

— Ты дикая, - шепнул он, - дикая кошка.

— Ага, я такая. А теперь уходи и не возвращайся. Ещё раз попытаешься меня поцеловать, отрежу причиндалы.

Нейтман вздрогнул, но затем улыбнулся:

— У нас с ним тело на двоих. Ты же не хочешь лишить его...

— Слушай, - остановила я разошедшегося брюнета. - Уходи уже, а то огрею бутылкой - быстрее Рик появится. Я в кино такое видела.

Нейтман угрозу оценил, грустно вздохнул и на прощание выдал:

— Знай, я буду стараться завоевать твою любовь.

Мелори практически вышел из столовой, когда я раздражённо крикнула ему:

— Не стыдно при живой жене за другими ухаживать? А если я Ясине расскажу, что ты пристаёшь ко мне?

— Я же говорил тебе, нам так посоветовал врач, и я решил не сопротивляться сердцу. Ясина поймёт.

— Не поймёт, - отрезала я. - Я была на её месте. Это больно и толкает на ужасные поступки. Так что из уважения к ней не приходи сюда.

Я готова была и дальше приводить ему доводы, так как видела, что Нейтман не хотел уходить, но, видимо, жену он любил, поэтому и ушёл. А я вернулась к столу и, налив с бокал вина, выпила.