Книга Его двуличная любовь, страница 49 – Вера Окишева

Утомительная поездка закончилась, когда я приноровилась не скатываться по сидению, уперев ноги. Из разговоров мужчин стало ясно, что фирма Рика задолжала им денег и материальный ущерб на лечение их главаря, который лежал в больнице с переломами.

Гордость меня взяла, притупляя страх. Получается, что Рик помял им бока и теперь они хотят взять реванш. Жаль, конечно, их разочаровывать, да и рот они заклеили, так что узнать не могли, что Рика уже нет, а Нейтман навряд ли пойдёт с ними на переговоры. Хотелось бы, конечно, верить, что в этой холодной рыбе проснулась хоть толика переживания обо мне, но я не могла на это даже рассчитывать. Слишком ярким было наше расставание с Нейтманом.

Меня бесцеремонно чуть ли не выволокли из машины. Ноги развязали, но они меня не слушались, заплетались между собой. Мы оказались в каком-то ангаре или цехе. Высокие потолки, железные балки, мутные окна, до которых так просто не добраться. В углах стояли пластиковые контейнеры. Меня вел под руку главный, уводя вглубь. Пройдя ряды контейнеров, мы дошли до дверей, которые вели в просторный кабинет. Бандит поставил единственное кресло по центру и усадил меня, а сам вышел, закрыл, заблокировав, дверь. Оглядевшись, попыталась найти хоть что-то, чтобы освободиться. Но этот кабинет явно не использовали. Шкаф был пуст, на столешнице виднелся слой пыли и никакой техники или намека на канцелярию. Из мебели был только небольшой диван. Голые жёлтые стены, крохотное окно чуть ли не у потолка.

Я медленно впадала в панику, так как надежда на спасение таяла на глазах. Я просидела на единственном кресле часа три, может, четыре. Свет за окном медленно таял, и кабинет стал погружаться во тьму. Когда стало совсем темно, именно тогда пришли они. Мужчина, которого я укусила, дёрнул меня вверх и, дождавшись, когда встану ровно, повёл за собой из кабинета. Мы вновь прошли практически весь ангар до конца, к единственному источнику света. Меня бросили на стул, мимо которого я чуть не пролетела. Привязали толстой верёвкой к нему. Особенно долго отморозок возился с моими ногами, норовя задрать повыше подол платья. Его сальные поросячьи глаза были до омерзения противны, как и потные ладони.

— Ты долго там? - подгонял его главный.

Я даже в какой-то момент была ему благодарна за нетерпение. Когда с верёвками было закончено, покусанный мной выставил перед собой айфон. Он набрал номер, и все замерли, ожидая ответа.

Мелодичный гудок затих, и я услышала, как бандит насмешливо произнёс:

— Привет, Рик. Глянь, кто у нас тут в гостях.

Он обернулся ко мне лицом, снимая на камеру меня, комментируя:

— Если не привезёшь деньги, то крошка пойдёт на корм рыбам.

А я глядела на Нейтмана и видела его безразличие и даже странную усталость.

— Успехов, - бросил он и экран погас.

Я чуть не разревелась, так как всё же надеялась на чудо. На это же надеялись и бандиты, похитившие меня. Главный выругался, остервенело сжал в руке айфон, яростно тыча в него пальцем. Я зажмурилась от защипавших глаза слёз.

Но вздрогнула от гневного рыка:

— Слушай ты, кретин! Я убью твою девку!

Страшно стало за свою судьбу, так как бандит явно вышел из себя. Я следила, как капли слюны разлетаются из его рта, когда он, склоняясь над экраном, орал Нейтману. Но того не касались ни моё плачевное состояние, ни нервный срыв бандита.