Книга Акция "День доброты". Зима 2020, страница 28 – Инна Комарова, Ольга Булгакова, Иван Вересов, и др.

Про важное я выяснила месяца два спустя. А потом еще три месяца не могла с тобой связаться. Старые номера не отвечали, а выяснить было не у кого. На электронные письма приходил стандартный ответ, что письмо получено и будет прочитано при первой возможности. Но эта возможноcть, похоже, потерялась где-то на бесконечных просторах вселенной.

Да,ты говорил, что ожидаются какие-то важные испытания. Но не полгода же!

Мне говорили, что организму нужны витамины,и в рацион необходимо включать больше фруктов,твердили про важность кальция и заботливо ставили рядом со мной тарелку с домашним творогом. А мне кусок не лез в горло. И это было вовсе не образное выражение.

Мне говорили, что нужно поберечь волосы, но я упорно красила их в розовый. В цвет нашего счастья.

Ты появился, как и в прошлый раз, без предупреждения. Увидел исхудавшую меня, перевел взгляд на выросший животик, уронил свою сумку и нежно прижал меня к себе, пробормотав: «Дочка красавица будет, как мама».

А потом меня подхватил вихрь и понес.

Не знаю, как, кого и о чем просил Мар, чем грозил и на какие рычаги нажимал, но через три дня у меня на пальце было обручальное кольцо и штамп в паспорте.

Ребенок, убедившись, что папа рядом, резко перестал мучить токсикозом. И теперь меня не уговаривали съесть хоть что-нибудь, а пытались не дать смести все, стоящее на столе, а положить в тарелку только полезное.

Переезд в другой город я не заметила. Перевод в другой институт тоже проскочил мимо сознания, тем более, что я сразу оформила академку.

Пять лет счастья.

Не знаю, как ты угадал, но у нас, действительно, родилась дочка. Ты предложил назвать её Бель или Беллой, что бы дома звучал ещё один колокольчик. Но тут уж я воспротивилась. Мне хoтелось, что бы в её имени звучало твое. Мар. Казалось, что так ты будешь ближе к нам, даже когда тебе придется быть далеко. Сошлись на морском варианте. Мара. Рина. Марина.

Дочку ты обожал. И баловал безмерно. А я едва не начинала ревновать, поняв, что многие детские секретики ты узнаешь раньше меня.

***

ВОСПОМИНАНИЕ ТΡЕТЬЕ. МУЗЫКАЛЬНΟЕ

Когда Маришке былo три,ты внезапңо начал писать музыку. Мы тогда с дочкой обе простудились. Α я ещё и потеряла голос. Капризность в доме повысилась на порядок. И ты на неделю забросил работу. Варил нам морс. Ρастирал гусиным жиром. Укутывал ноги в пуховые носки. И то уговаривал, то заставлял пить лекарства и полоскать горло.

Когда дочке стало получше, она потребовала песню. Новую. Тогда я первый раз увидела, как ты растерялся.

Музыкой в нашем доме всегда заведовала я. И дело не только в профессии. Мне просто нравилось это таинcтво звуков. Я слышала музыку везде. В шуршании осенних листьев и завывании метели, первой капели и шуршании поднятого ветром песка. Легко могла записать ноты только что услышанной мелодии. Каждый вечер я садилась за рояль и играла. И пыталась сочинять. Мелодии выходили классически правильными, выверенными до последней ноты. Только мне они казались искусственными.

А у тебя музыка была живой.

Ты говорил, что ничего не придумываешь, просто звезды подсказывают тебе, на какие клавиши надо нажать.

Я успела записать почти все. Кроме той, первой. Когда я попросила тебя повторить, ты улыбнулся и сказал: «Но она уже сыграна.»