Книга Лучший для тебя, страница 82 – Вера Окишева

— Все, к маме уеду. Сегодня же, - пообещала мне сестренка, недовольно хмуря брови.

— Конечно же! А там твой папка сразу тебя замуж и отдаст! – весело усмехнулась, беря ложку.

Тамара, пока я разговаривала с любимым, уже поставила перед нами тарелки, полные ароматного супа. Слюнки сразу потекли от невероятно аппетитного запаха. С появлением Тамары уже набрала три килограмма, но отказаться от такой вкусной и привычной пищи у меня не было ни силы воли, ни желания.

Натали, приступив к поглощению пищи, стала более расслабленная, даже заулыбалась. Бросила на Тамару до боли знакомый мне взгляд, задумчиво облизывая ложку. А та и не подозревает, что сейчас начнется.

— Том, а ты любишь картины? – вот так издалека начала прощупывать почву сестренка.

Я тоже стала присматриваться к Томе, пытаясь понять, что в ней особенного увидела Натали.

Формы у моего личного повара аппетитные, конечно, не худая, но и ничего лишнего. Волосы забраны в тугой пучок на затылке. Украшений практически нет, только цепочка с крестиком на груди. Даже кольца на пальце и того нет. Очень живые чистые глаза, цвет необычный - приглушенная зелень. Словно слегка испачканный серый в зеленом цвете.

— Да, конечно. С детства люблю на выставки ходить. Так много удивительного выставляют, сказочного и необычного. Тут недавно, примерно год назад, видела изумительные портреты одного мужчины. Очень на вашего мужа похожего, - это она уже мне сказала. - Только там у него глаза цвета морской волны были. Такой напряженный взгляд, словно живой.

— А я знаю, кто автор этого творения, - сразу расцвела в еще более радостной улыбке сестричка.

Мне было не до веселья. Я до сих пор не могу узнать, кто скупил мои картины. Вик, конечно, не переживал, я ему другие подарила, где он был настоящий, а не под маскировкой.

— Да, и кто? Я не запомнила фамилию. Говорят, молодая еще, но очень талантливая художница.

— Да, все так. Это шия Махтан, - сдала меня сестренка.

— Ой, да вы что? Я и не знала, что вы рисуете. Тут ни одной картины нет.

— Я не люблю свои творения на стенах вывешивать. Я их сестре отдаю, а она выставки устраивает, перемешивая со своими собственными, ведь это она у нас молодая, но талантливая художница.

— Да, ты права, - согласилась Натали, нисколько не смущаясь. - Так вот, Тамара, я хочу вас нарисовать. Вот представьте: вы на кухне у плиты, чуть привалившись бедром к шкафу, закинули голову ему на плечо. А на вас только фартук.

— Кому на плечо? – не поняла Тома, испуганно моргая.

— Как кому? – сбилась с настроя сестра. – Мужу. А он стоит у вас за спиной, нежно положив руки вам на бедра под ткань фартука. И целует плечо. Весь такой белоснежный, чуть светящийся от ярких лучей, падающих на него.

Усмехаясь, переводила взгляд от опешившей Тамары к размечтавшейся сестренке. А что, идея самое то для мести. Надо проучить янарата за ту панику, что устроил мне в зале ожидания.

Его победную улыбку я еще долго не забуду, и взгляд красных глаз из-под белоснежных густых бровей. Да, именно с такой ухмылкой он будет у меня целовать плечо своей жены. Она должна увидеть, кто ее муж на самом деле.

— Ой, нет! – выдохнула Тамара, переварив информацию, выданную ей сестренкой.

Но Натали не сдавалась, в красках стала расписывать все выгоды ее предложения. Вот нашла кому предлагать славу. Нет, Тамара не из тех людей, которые разрешат себя голую всем желающим показывать, она у нас женщина скромная.