Онлайн книга «Лучший для тебя»
|
Манаукцы, работающие в добывающих шахтах, не пострадали. Обломки корабля демонстрировали по всем каналам. Выживших землян нет. Тела всех членов экипажа были найдены и опознаны. Я рыдала. Сердце разрывалось по тем, кто погиб. Они мне были не чужие. И если бы меня не уволили, я была бы сейчас с ними, там! Прощаясь с мамой, я все думала о тех, кто оставался на том корабле. В душе я корила себя, что наговорила столько гадостей капитану. Некрасиво мы расстались, и вот теперь его нет в живых. Эдриана и его команды. На станцию мы прибыли в несколько напряженных отношениях. Кошир занимался своими делами, общаясь с соотечественниками. Со мной он практически не разговаривал, и я была ему за это благодарна. Перед самым прибытием на станцию, Кошир сел рядом со мной, а я не выдержала и забралась к нему на колени, уткнувшись лицом в шею. Я все никак не могла успокоиться и взять себя в руки. Перед внутренним взором вставали картинки обломков корабля. И все представляла, что было бы, не уберись мы тогда с него вовремя. Мы бы тоже погибли! — Том, я думал, что ты его не любишь, - очень тихо обронил муж, осторожно поглаживая меня по волосам. — Кого? – недоумевала я, хмурясь, вглядываясь в напряженное лицо мужа. — Джексона. Ты так по нему убиваешься. Неужели ты его все еще любишь? – вкрадчивым шепотом спросил Кош. Было видно, что он ревнует. Сильно ревнует к тому, кого уже и нет в живых. — Кош, я… Просто, как представлю, что ты и я могли быть там. Я не хочу думать об этом, но… Не хочу тебя терять… только не сейчас, когда все так хорошо… Рыдания опять стали вырываться, сдавливая горло. Больше говорить я не могла и просто тихо всхлипывала у него на плече. А муж крепко обнимал и успокаивал. Осторожными поцелуями прикасался к виску и волосам, а я млела от его нежной ласки. Я люблю его именно такого трепетного и лю… Отстранилась, озаренная догадкой. Стерла слезы и продолжала искать подсказку в красных глазах мужа. — Тома, что случилось? – забеспокоился Кошир, а я заулыбалась. Было немного страшно обмануться, но ведь другого объяснения нет действиям Кошира. Я ему небезразлична. Он переживает из-за меня, печется обо мне. Неужели это любовь? * * * Кошир Янарат готов был себя убить. Сам себя растерзать! Он сам все испортил. Сам. Томкины слезы он себе простить не мог. Даже если она простила, успокоившись, но то, как она дергалась, стоило ему прикоснуться к ней, он замечал. Кошир не ожидал, что жизнь среди землян будет настолько тяжела. И теснота была лишь каплей в море тех невзгод, которые он сам на себя навлек. Но всех ужаснее было воздержание. Эта пытка была непереносима. Уединиться с женой Кош никак не мог, постоянно кто-то мешал. А сама Тома очень стеснялась даже целоваться на людях, что уж говорить о чем-то более интимном. Изменять ей манаукцу не хотелось. Она заслуживала уважения. А ведь ему предлагали и даже вешались сами на шею, пробираясь под ремень штанов. Кошир с брезгливостью отшивал пьяных землянок, которых в полюбившемся манаукцам баре было очень много. И откровенные танцы подливали огонь в кровь, возбуждая и лишая воли. На работе выматывали нервы ущербные, которые пытались поднять свою самооценку за его счет. И все это вылилось на Тому. Кошир ненавидел себя за ее слезы. Он не просто воспользовался женой, но и даже не удосужился принести ей удовольствие. |