Книга Лучший для тебя, страница 101 – Вера Окишева

— Том, забирайся на кровать, мне так будет лучше видно.

— Но я еще не закончила тут.

— Иди сюда, детка. Продолжай прямо на кровати.

Послушавшись, женушка встала на кровати в его ногах. Да, это было еще соблазнительнее. Когда она была совсем рядом, стоит только руку протянуть, но они связаны и от этого было еще более возбуждающе. Кошир желал свою жену, но больше мечтал еще немного помучаться, изнывая от сладкой пытки.

Музыка поменялась, наращивая темп. Тамара тоже стала резче двигать бедрами. Кошир смотрел на белый ажур, который не мог спрятать от пристального взгляда альбиноса потаенный треугольник жены.

— Да, Том, еще, - выдохнул янарат.

Щелкнул замок бюстгальтера, который расстегивался спереди, и тяжелые груди опали, оказавшись на свободе. Ненужная деталь нижнего белья упала на кровать, но Кош даже не заметил этого. Он был полностью поглощен тем, что ловил каждое движение пальцев, сминающих груди. Движения были скованные, в них не было страсти, как если бы это делал он сам. Но Тамара была так мила в своей стеснительной решимости. Ее ладони плавно огладили стан, спускаясь к талии.

— Да, моя хорошая. Сними их тоже, - поторапливал ее Кошир.

Девичьи пальчики нерешительно остановились, прихватив ткань.

— Да, Томочка. Сними же их. Сними.

— Глаза закрой, - попросила Тома, краснея до самых кончиков ушей. Даже грудь пятнами пошла.

— Нет, это не по правилам, - покачал головой Кош.

Белоснежные кружева плавно стали спускаться по коже вниз.

— Кош, мне стыдно, - жалобно простонала Тамара.

— Да, я вижу. Снимай, я приказываю.

Темный треугольник показался, и янарат судорожно выдохнул.

— Пирожок, я хочу тебя съесть, - промурлыкал Кошир. – Иди ко мне.

— Сейчас. Ой! - отозвалась жена и чуть не упала, потеряв равновесие, когда снимала окончательно трусики.

Кошир улыбнулся, предвкушая продолжение. Сейчас он будет господином. Он даст Тамаре почувствовать ту страсть, что она возродила в нем.

Но жена не спешила развязывать руки. Вместо этого она взяла плотный черный платок и завязала ему глаза.

— Том, а это зачем?

— Потерпи немного. Ты не должен приказывать. Ты как бы раб, а я твоя госпожа. Поэтому завяжу тебе глаза и в рот вставлю кляп.

— Том, не надо кляп, - резко приказным тоном выкрикнул янарат

— Надо. Открой рот, пожалуйста, - сомнение в голосе жены подсказывало Кошу, что она сама не знала что делала.

— Том, я сказал нет… - голос заглушила тряпка, бесцеремонно затолканная ему в рот.

И сразу Коширу вспомнился последний инцидент на Шиянаре. Тогда ему больших трудов и нервов стоило выбраться из загребущих рук шияматской подруги. Дергаясь в путах, Кошир пытался освободиться и к большому ужасу понял, что этого сделать не может.

— Кош, не шевелись, а то порежу случайно.

Манаукец замер, почувствовав холод стали на своей коже. Тамара была вооружена. Сердце дико забилось в груди у манаукца. Нож! Она ножом разрезала ткань рукавов сорочки, в которую был одет янарат.

— Вот так, – звонкий самодовольный голос жены, казалось, был наполнен желчью.

Янарату представилось, что в любой момент он услышит свист плетей, и они обожгут его кожу. Не став дожидаться следующего шага жены, манаукец сильнее забился на кровати, скидывая с себя Тамару.

— Кош, Кош, успокойся. Я же осторожно, - неужели он мог так ошибиться и довериться женщине. Он чувствовал, как жена пробирается к его мужскому достоинству, как освобождает от брюк и нижнего белья.