Книга Приручить огонь, страница 73 – Вера Окишева

— Умоляй, — прошептал Жибор под аккомпанемент дверного звонка.

Натали кусала губу, которая уже покраснела, но продолжала молчать. Даже когда посыльный сдался, она продолжала сопротивляться. Манаукец решил, что она дала ему молчаливое согласие делать с ней всё, что ему хочется, поэтому и поцеловал, осторожно, следя за девушкой, и она не разочаровала, больно впившись зубами в его губу. Пришлось даже рукой расцеплять ей челюсть, чтобы она не откусила ему ничего.

— Какая ты голодная, — тихо рассмеялся Жибор, потирая губу. — Так и быть, пошли, покормлю.

— Тварь! — вскричала девушка, еле сдерживая слёзы, которые искрились на ресницах, отражая свет. — Да засунь ты свою еду, знаешь куда?

— Уверена, что туда, — подтрунивал над ней манаукец, — стоит пихать то, что лучше съесть, пока не остыло.

Натали вновь стала пытаться вырваться из его захвата, гневно крича:

— Убирайся из моего жилблока! Ты перешёл все границы моего терпения!

Она дарила ему свои чувства! Все, без остатка! Жибор купался в её эмоциях, насыщаясь.

— Я обещал научить тебя терпению, — напомнил он девушке, когда решил, что стоит её успокоить, а то перегорит и вновь впадет в депрессию, — и поверь, оно может быть безграничным.

— Да пошёл ты со своим терпением! — не унималась Натали. — Твои методы садистские!

— Зато действенные, — возразил Жибор и, схватив её за руку, повёл на кухню.

Усадив девушку за стол, поставил перед ней тарелку с мясом и столовые приборы. Она больше не ругалась, а как-то странно поглядывала на мужчину, чем очень беспокоила его. Не такой реакции он ожидал.

— Спасибо, — тихо прошептала Натали.

Жибор замер, гася в себе очередную вспышку раздражения. Он никак не ожидал, что после всего, что произошло у двери, она его поблагодарит.

— Не для тебя готовил, так что не за что, — бросил он ей.

— Почему ты такой противный? — взвилась девушка, возвращаясь в нужное мужчине состояние.

Пусть будет колючей и злоязычной, чем покорной и тихой. Хотя Жибор понимал, отчего так быстро меняется настроение у неё. Это усталость. Слишком многое навалилось на неё сегодня.

— Хочешь увидеть меня другим? — уточнил Жибор и удостоился утвердительного кивка.

Манаукец помолчал, просчитывая в уме свои ходы. Девушка не стала дожидаться его ответа и принялась за еду. Жибор видел, как она прикрыла глаза, облизывая губы и решился.

— Умоляй меня, и я буду с тобой нежен, — приказал он.

Девушка на удивление покорно отложила вилку, глубоко вздохнула и произнесла:

— Умоляю, будь со мной нежен. Прошу, неужели так сложно? Тебе удовольствие доставляет меня унижать?! Так нравится чужое страдание?! Что тебе надо от меня?!

Жибор умилился, слушая, с какой болью кричала на него девушка. Он встал из-за стола, подошёл к ней, поднял со стула на руки и сам сел на него, усаживая её себе на колени. Прижал голову Натали к себе, кладя её на своё плечо, и ласково произнёс:

— Совсем устала, да? Надоело быть сильной девочкой? Хочешь ласки и нежности? Я буду с тобой нежным, поверь, самым нежным.

Жибор гладил девушку по волосам и легко целовал то висок, то лоб. Она даже не представляла, как ему хотелось впиться в её приоткрытый от удивления ротик жадным поцелуем, как хотел прикусить губу в отместку за свою. Но вместо всего этого он продолжал разыгрывать из себя услужливого кавалера.