Книга Приручить огонь, страница 69 – Вера Окишева

Медленно обернувшись, оценила рассерженного манаукца, который явно был мною недоволен.

— Отдала, — тихо ответила и вздрогнула, когда Жибор развернул и схватил за плечи.

Рыкнул на меня так, что у меня чуть пол не ушёл из-под ног от страха.

— Кому? Ему?

— Нет, — замотала головой, недоумевая, что я сделала не так. — Учитель потребовал отдать для выставки.

— Какой выставки? — зашипел на меня Жибор, чем пугал до икоты.

Только этим я могла объяснить свои действия. Вырваться из цепкого захвата сильных пальцев у меня не получалось, поэтому я ударила коленом мужчину в пах, а затем попыталась отдавить ногу.

Вот только манаукец лишь покраснел и сквозь стиснутые зубы выдохнул, чуть сгорбился, выпучив глаза. Но не отпускал меня. Попыталась вырваться, обхватив его руками за затылок и дёрнуть вниз, чтобы ударить коленом в лицо. У меня ничего не получилось! Жибор просто уронил меня на пол, навалившись всем телом и сипло потребовал не шевелиться.

— Дикая, — припечатал он меня, глубоко дыша. — Чего испугалась? Я тебя даже пальцем не тронул!

Мне до его возмущений было как до далёкой звезды.

— Пф-ф-ф, ты бы себя видел со стороны! Тут любой испугается. Чего орёшь на меня? Не нужен мне был портрет, вот и отдала, жалко выкидывать. Месяц потратила на него. Чёрт! — в сердцах выругалась и замерла.

Целый месяц страдала! Месяц! Это так долго. Никто ещё меня так сильно не увлекал.

Жибор сложил руки у меня на груди, положил на них подбородок, разглядывал моё страдание. Он уже не хмурился, не сверкал глазами, а спокойно улыбался мне.

— Ты понимаешь, что произойдёт, как только картина появится на всеобщее обозрение? — чуть ли не мурлыкая, поинтересовался он у меня.

— Ничего не будет, — уверенно заявила ему.

— Будет, готовься.

— Ты чего такой довольный? — не поняла я его намёков.

— Ты дала мне прекрасный шанс, которым я обязательно воспользуюсь, моя глупая.

От его наглой улыбки у меня даже слов не нашлось возмутиться, да и не дал он мне этого сделать, поцеловав, пресёк любые мои попытки вырваться и сбежать.

И невозможно сбежать от такого сладкого искушения, от елейных губ, от ласковых рук. Он исполнял мои желания и был нежным, предельно нежным, что хотелось растаять под ним, отдаться соблазну и стать слабой женщиной. Хоть на несколько секунд, хоть на миг.

Закрыв глаза, впитывала в себя наслаждение, которое дарил этот невозможный мужчина. Отвечала на поцелуй, теряя голову и чувство реальности. Цеплялась за его широкие плечи, с трудом сдерживая стоны.

Была послушна его рукам, которые оглаживали каждый изгиб моего тела, то чуть сжимая груди, то обводя линию бёдер. Для него не было запретов, а для меня не было правил. Не хотелось ни о чём думать, только дать ему разжечь огонь в крови, который угнетал меня с момента пробуждения. Я хотела воспарить к незримым высотам, чтобы искрами опасть вниз.

Манаукец словно не замечал одежды, целовал мои груди через ткань, согревая своим дыханием, оставляя после себя чуть влажные следы. Он поднял мне подол платья к животу и долго глядел на кружевное бельё, словно раздумывая. И в этот миг в моём затуманенном мозгу всплыла мысль, что он опять дразнится, опять завёл до предела и ждёт от меня мольбы.

— Чёрт! — выдохнула в сердцах, не желая унижаться.