Книга Чужая жизнь, страница 119 – Вера Окишева

— Я был упрямым, меня постоянно соблазняли вот такими вот нарядами, а когда я не давался, наказывали. Так что ты права, я идиот. Ненавижу своё прошлое, а оно меня не отпускает.

С этими словами он ушел в душ, а я сидела на кровати и не понимала, что сейчас было. Он мне поведал частичку своего прошлого, и я испугалась. Земляне не знают уклада жизни манаукцев. Этого нет в сетях. Не учат в школах. Я встала с кровати, осторожно прошла в ванную комнату. Мне хотелось забрать его боль, забрать плохие воспоминания.

Он обернулся сразу, как я прикрыла за собой дверь. Открыл душевую кабинку, приглашая. Я бросилась ему на грудь, обнимая за шею. Мы льнули друг другу, целуясь. Тёплая вода лилась из душа, пар клубился вокруг нас. Мы же с жадностью сплетались телами. Мне было жарко, мне было холодно от стеклянной стены. Я взмывала на его руках, запрокинув голову, стонала, скользя вниз. Я взрывалась от каждого толчка. Алиас звал меня по имени, клеймил жгучими поцелуями. Крепко держал за ягодицы, яростно двигая бёдрами. Я словно сорвалась. Я выплескивала разбушевавшуюся страсть, закинув руку над головой, искала, за что схватиться, чтобы не упасть. Мне казалось, что могу продержаться в этом бешеном темпе очень долго. Я не хотела, чтобы мы останавливались. Я слышала его слова любви, которые срывались с рваным дыханием Тамино. Он меня любит. Сильно, страстно, меня.

Замерев, Алиас ворвался языком в мой рот, переживая судороги разрядки. Я же обессилено пыталась удержаться за его плечи. Мои ноги на его талии, его плоть внутри меня, мы целовались, не желая размыкать объятия.

— Люблю тебя, — шепнула ему, когда пришло успокоение.

— Кэйт, моя нежная, — отозвался Алиас.

Мы через силу ополоснулись и вернулись в спальню. Я подняла с полу сорочку и натянула её через голову. Тамино достал из шкафа себе шёлковые брюки и кинул мне трусики в пакете.

Я не смогла поймать их на лету. Пришлось поднять с пола. Легла под одеяло, дождалась, когда Алиас ляжет. Прижалась к нему и закрыла глаза.

— Спи, любимая, — шепнул мой муж.

И я, как прилежная жена, его послушалась. А по утру Алиас осторожно встал, пытаясь меня не разбудить. Я следила за ним, притворяясь спящей. Еле удерживалась, чтобы не улыбаться, наслаждаясь крепким телом манаукца, с каплями воды после душа. Если не смотреть на лицо, то я могла смело утверждать, что он был прекрасен с точки зрения эстетики. Широкие плечи, узкой талией, длинными ногами. Упругие мышцы, безупречные линии, сдерживая мощь. Прямой нос, шальная улыбка, веселый блеск глаз. У него было прекрасное настроение. Он бесшумно одевался, выбрав светлые тона костюма и темно-синюю рубашку. Время от времени откидывал непослушные пряди назад.

Как быстро он полюбился мне. Я словно с ним знакома много лет. Он стал очень близким и любимым мной человеком.

Алиас поднял с поднял накладки, которые я вчера в него швырнула, усмехнулся и любовно поглаживая положил их в коробку, а ту в стол возле зеркала.

Я закрыла глаза, пытаясь себя не выдать, а саму затрясло от злости. Я достаточно его изучила, чтобы не обманываться на его счёт. Он заставит меня надеть этот гарнитур. Нужно было что-то срочно предпринять. Я дождалась пока Алиас покинет спальню, затем выскользнула из-под одеяла. Приняв наскоро душ, смывая с себя безумство страстной ночи, оделась в домашнее розовое платье, с длинными рукавами, подол до колена. Достала злосчастную обитую бархатом коробку с позорными украшениями и долго думала куда их спрятаться. Я обошла всю спальню, прикидывала в уме каждый угол, понимая, что прислуга исполнительная, и найдет. Как ни прячь. Я остановилась, растерянно озираясь по сторонам, но вдруг я замерла, глядя на море, которое виднелась за окном.