Книга Ярче звёзд, страница 42 – Вера Окишева

Ян до сих пор помнил свои страдания в унжирской палате, когда он не мог даже вилку держать в руке, что бы не согнуть её в нескольких местах, не мог позвонить родителям, так как коммуникатор крупными осколками осыпался в его пальцах на белое одеяло. Всё стало хрупким и требовало осторожности от Яндора. Он следил за собой, сдерживал себя каждую секунду. И постоянно оглядывался, чувствуя слежку.

Хемер сплюнул кровь, осторожно поднимаясь, прижимая руку к правому боку. У него хрустнуло ребро. Шалорт расстроенно сжал кулаки. Грань потеряна. Опять нужна тренировка.

— Прости, — шепнул он и сбежал из зала.

У себя в каюте манаукец достал из шкафа недовязанный шарф и долго восстанавливал концентрацию. Спицы в его руках только два раза смялись. Он выпрямлял их, злясь на себя. Скоро он попадёт в унжирскую академию. Близость этого момента и действовала на нервы Яндора. Разгладив связанный кусок белого шарфа на коленях, Ян покачал головой, рассматривая неровность петель. Вязка была некрасивой, но распускать и перевязывать манаукец не решался, упорно берясь за спицы и продолжая вымерять силу.

На следующий день в библиотеке Шалорт ждал Марусю. Они очередной раз решили доработать вращение башни орудий. Девушке не нравилось, что та не успевала за её реакцией. В читальном зале находилось много студентов, все готовились к предстоящему последнему решающему экзамену, но из-за стеллажей создавалась иллюзия, что он совершенно один. Ян услышал, как в помещение вошли Елена и Маруся, весело беседуя о вечерних посиделках в столовой, куда они собрались после библиотеки.

За стеллажами шептались однокурсницы Маруси, с которыми та не дружила, Хаментон и Гребер. Ян слышал, как красотки откровенно смаковали прелести мужского достоинства одного унжирского студента. Как бы Ян не ненавидел унжирцев, но те имели дикий успех у землянок. Маруся и та грешила этим. Яндор не хотел признаваться себе, что разочаровался, когда застукал Лену и Марусю за рассматриванием снимков с полуобнажённым зеленоволосым унжирским красавцем, моделью какого — то модного агентства.

Шепчущиеся девушки заметили Лену и подозвали её к себе. А Маруся прошла дальше к Яну, который ещё с утра созванивался с ней, назначив встречу. Идея обменяться номерами исходила от самой девушки, которой как — то раз неожиданно приспичило найти его. С того самого момента Шалорт отправлял ей сообщения о встречах или созванивался.

Манаукец сидел за столом, рассматривая проекцию истребителя. Заметив подошедшую Сандрес, сделал вид, что удивился.

— Ты рано, я думал, как всегда, задержишься. А где Лена?

Ян слышал, как шия Локоткова уже вовсю сплетничала с первыми красотками курса, подключаясь к теме разговора. Откуда она знала такие подробности о похождениях унжирца? Хоть раз кто-нибудь из её подруг задумывался, сколько тайн эта рыжая сорока открывает своим слушателям? Шалорт говорил умышленно громко, что бы сплетницам его было прекрасно слышно.

— Она встретила кое-кого, — чуть поморщилась Маруся, тяжело вздыхая. Ей не нравилось, что Лена выбрала не её, но не осуждала, а просто терпела. — Приступим?

Девушки за стеллажами притихли, а Ян услышал, как Эмма спросила, с кем разговаривает Сандрес. Лена как на духу ответила, что с Шалортом. Теперь вопросы на рыжую просто посыпались и всё об истинных отношениях между ним и Марусей.