Книга Грязная страсть, страница 78 – Вера Окишева

Рука на бедре напряглась и я с опозданием поняла, что манаукец опять разозлился. Резкий рывок и вот я уже прижимаюсь к его груди, а он шипит на своём родном языке:

— Как же с тобой сложно, женщина. Так и хочется наказать тебя за твой острый язычок. Просто перекинуть через колено и довести тебя до исступления, но не дать кончить.

Ой, как живо я это представила, даже дух захватило. Я на коленях у него, лежащая обнажённой кверху попой. А он…

— А почему просто не отшлёпать? — тихо уточнила на его языке.

Аранк, зажмурившись, шумно выдохнул, затем открыл глаза и холодно отчеканил:

— Поднимать руку на женщину способен лишь недостойный, тот, кого мужчиной назвать нельзя. Понятно? Я не бью женщин. Я слишком сильный, госпожа Рысь. И мои методы наказания эффективнее. Заласканная, но неудовлетворённая женщина меня устраивает больше, чем заплаканная и избитая мною.

Я закусила губу, с трудом сдерживаясь от провокационной реплики.

— И всё же, — сдалась на милость любопытству, — неужели вы не представляли ни разу как шлёпаете женщину? Многих мужчин это заводит.

— Ущербных мужчин, — поправил меня манаукец.

И я поняла, что дохлый номер его вывести из себя. Вот он монолит своих собственных принципов. Но даже представить себя боюсь заласканной и неудовлетворённой. Звучит как извращение. Хотя что с этих манаукцев взять.

— У тебя очень сексуальный акцент, — неожиданно выдал Аранк, отодвигая для меня стул.

— Что, прости? — переспросила, так как не чувствовала никакого акцента. Мне казалось, я хорошо усвоила язык.

— Картавишь сладко, — томно прошептал манаукец мне над самым ухом, придвинув услужливо стул.

Мне была очень приятна наша с ним игра в соблазнение. Увлекательно. Главное самой не попасться на удочку Голдара. Отшлёпать меня он не хотел, зато ему нравилось, как я говорю на его родном языке, пусть и с акцентом, но приводило в восторг.

— Картавлю? — вторила ему с придыханием, отмечая, как он улыбался при этом.

— Очень сексуально, — добавил Аранк и занял место напротив.

Теперь нас разделял стол, накрытый белой скатертью, а казалось, что расстояние нас только сблизило, ведь теперь я смотрела ему в лицо и видела неприкрытое веселье.

Телохранители разместились за столами по разные стороны от нашего — обед у всех по расписанию.

Забавно всё у нас с ним, но правила приличия стоило соблюдать.

— И всё же вернёмся к вашей руке, ши Голдар. На людях я попрошу вас её не распускать. То, что мы спим, лучше держать между нами.

— Можете даже не просить, госпожа Рысь. Вы моя женщина и каждый будет знать об этом.

— О, ваша женщина! — чуть не рассмеялась ему в лицо. Вот ведь собственник. — Я замужем, ши Голдар и повторила это уже третий раз.

— Я и с первого раза услышал.

— Но выводы не сделали, — давила на него, чтобы уже воспринимал это серьёзно.

— Отчего же? — Чёрные брови модифицированного упрямца приподнялись на секунду, и тут я заметила в его красных глазах злость. Вот опять эти вспышки. Стоит только упомянуть о муже. — Выводы уже сделал.

— И какие же, если не секрет? — усмехнулась в ответ. Да только не было во мне ни веселья, ни задора. Что-то разговор у нас куда не туда пошёл.

— Я уже озвучил. Но, видимо, вам, в отличие от меня, надо повторять, но я готов.

Мне нравится как это звучит. Вы моя женщина, госпожа Рысь. И я не собираюсь это скрывать.