Книга Тёмные фантазии, страница 84 – Вера Окишева

Она дочь Дороша и умела виртуозно скрываться от преследования. Демис потерял ее через пару шагов, пришлось сделать крюк по залу. Да уж, впервые Димант так откровенно бегал за женщиной. Впору посыпать голову пеплом, но тут боковым зрением он заметил телохранителей Даши, которые неслись в противоположную сторону, вот у них точно должна быть аппаратура для отслеживания передвижения объекта охраны и их парой слов не напугать. Да, они отошли в сторонку, не лезли к нему, но работу свою не оставили, и Димант был им благодарен. Чуть не упустил девчонку, еще и так бездарно.

Обогнав парней, сделал подсечку самому наглому и напористому, отобрал комм и победно усмехнулся, когда увидел карту и яркий маячок с надписью «Дарья Дорош».

— To, что нужно, спасибо, друг! — крикнул Демис через плечо поднявшемуся шиянарцу. Все же зря они покинули планету, вялые стали, неуклюжие. А Димант был полон энергии и охотничьего азарта.

Когда же он достиг нужной точки и открыл дверь, как оказалось, подсобки, чуть не взревел от ревности. Мужчина просто ошалел от представшей картины: дерзкая девчонка целовалась с каким-то хлюпиком! Оторвать девушку от него, врезать, чтобы знал свое место, было делом одной секунды, а затем… Дарья впилась в его губы, крепко обвив шею руками. Вторглась в рот своим язычком, и мир перед глазами Демиса поплыл. Божественно нежно, сладко, упоительно. Голову Диманта повело, мысли вяло трепыхались в липком розовом тумане.

A шаловливые руки Дарьи уже пробрались под его рубашку, поглаживали живот, поднимаясь к груди, и дрожь волнами накрывала тело Диманта, кровь разгонялась по венам, еще бы этот хлюпик свалил бы в туман, а не стоял и обиженно поглядывал на него. Он бессмертный, что ли? Демис показал парню кулак, а затем взмахом руки приказал испариться. Тот так нехотя поплелся на выход, что Димант не выдержал и, придержав Дарью над полом, сделал пару шагов и пнул нерасторопного малолетку. А затем заблокировал двери, чтобы наконец-то свободно насладиться поползновением Дарьи к себе. Девочка не на шутку разошлась, целовала его в шею, чуть прикусывая кожу и шептала: «Как же ты пахнешь, мой сладкий. Какой же ты сладкий, Лапушка…»

И Демис млел, потому что его никто так нежно не называл, и никто так осторожно не донимался. Да, он возбудился, да, он хотел девчонку здесь и сейчас. И она его. Вон даже ремень на брюках расстегнула и, приподнимаясь на носочках, ласково укусила его за нижнюю губу, вытащила эрегированный член наружу.

— Он же тоже у тебя сладенький, а, Лапушка?

Демис уже не воспринимал то, что она ему говорила, потому что был погружен в наслаждение от накатившего на него волшебства, от того, что вторили ее пальчики. Никто так бережно с ним не обращался. И это было настолько неожиданно приятно, что голова полностью отключалась. Почему она смеется? Что хочет сказать? Над ним, наверное, да и пусть. Ему сейчас было невероятно хорошо.

— Хотя откуда тебе знать, ты же его не пробовал. Зато попробую я.

Демис лишь схватит Дарью за плечи, а она уже горячим влажным языком

провела по стволу его члена, и мужчина дернулся, глухо застонал. Ну что она творит? Зачем? Он и так уже готов. Но Дарья словно задалась целью совсем свести его с ума, обхватила губками головку и пососала, обвела язычком по кругу, задевая уздечку, продолжая при этом ласкать руками. И Демис не выдержал, со стоном кончил, удерживая голову Дарьи за затылок, чтобы не отпускала, чтобы так и стояла, держа его во рту, поглубже, как можно глубже.