Книга Клятва верности Книга 2, страница 93 – Вера Окишева

Сима подмигнула с виртуального экрана Дантэну, и запись сообщения закончилась. Сильнейший выдохнул, расслабившись, прикрыл глаза. Закинув руки, атландиец нервно взбил кудри пальцами, глухо застонал. Сила клубилась в нём и просилась на волю, но мужчина держал её в узде, улыбался, в мыслях прокручивая ролик ещё раз. Соблазнительница! Совершенно невинные забавы заводили Дантэна похлеще жаркого фильма для взрослых непристойного содержания.

У Симы было ещё время поиграть с ним. Ход терпелив, он умел выжидать. Каждый вправе придумывать свои правила игры, только выиграет Сильнейший и получить приз.

— Три, — шепнул атландиец в темноте. Два было несколько часов назад, когда он вошёл в пустой дом и ощутил тоску по Симе. Скоро, очень скоро всё встанет на свои места. И кое-кто поплатится за такие невинные шалости. Кого-то Дантэн с большим удовольствием накажет. Он даже придумал как, и это примиряло атландийца с ожиданием.

* * *

— Не грусти, — в который раз заявила бабуля. Они с тётей Дусей решили очередной раз собраться, чтобы обсудить нынешнею внешнюю политику по отношению к одному рыжему соседу, который снизошёл до подарка. Кольцо с огромным бриллиантом было доставлено с утра, вместе с шикарным букетом нежно-розовых роз.

— Плюнь на него, Фима, — предложила тётя Дуся, сидя рядом с бабулей и рассматривая внучку подруги, которая лежала в кровати, подтянув одеяло повыше, чтобы не было видно лямок бордового топа. — Мужчины всё равно нас недостойны. Они как якорь тянут нас на дно.

— Да-да, на самое дно порока, — добавила баба Мара, чопорно берясь за фарфоровую маленькую чашку с золотым ободком из сервиза, который ей подарили по случаю очередного юбилея.

— Угу, — кивнула подруга бабули и отсалютовала ей кофейной чашкой. — Правильно говоришь, Марочка. Правильно.

— Запомни, моя хорошая, у настоящего мужчины женщина счастливая. Если ты несчастна, значит и мужик выеденного яйца не стоит.

— Двух яиц, — шепнула тётя Дуся бабе Маре.

Они переглянулись и прыснули от смеха. Фима тоже улыбнулась. Она собиралась выспаться, после того, как прибралась в гостиной, так как ответа от атландийца ждать не приходилось. И когда позвонила бабуля, то девушка очень обрадовалась, пока не увидела имя адреса.

— Кстати, никакого репортажа не было о твоем прибытии в империю. Представляешь? — возмутилась баба Мара, когда пригубила кофе. Серафима понимала, что женщины ради неё притворяются прилежными, порядочными дамочками, и в чашках точно не кофе, но почему-то это больше не терзало. Хочет бабуля пить, пусть пьет. Возраст у неё такой, делает всё, что вздумается и плевать на чужое мнение. Словно кризис переходного возраста вернулся.

— Бабуль, ну кто я такая чтобы репортёров звать, — попыталась оправдать нерадивых репортёров, который даже не догадывались как сильно не угодили бабе Маре.

— Точно-точно, мой косяк, — посетовала та в ответ. — Надо позвонить, набежали бы.

Серафима опять промолчала, думая, что и репортаж бы не помог ей, ведь она отсылала Дантэну куда более интересные кадры и ничего. Опять тишина в ответ.

— Ты ему не звонила? — строго уточнила бабуля, Фима покачала головой.

— Не звонила, не писала, — честно призналась она, мысленно усмыляясь, что бабуля так и не догадалась о другом способе.