Книга Опасная клятва, страница 123 – Вера Окишева

— Нет, нет, я выспалась, пока летела. Давайте сразу, — восторг так и плескался в серых глазах девушки, она даже не замечала, как преобразилось лицо Айзика, когда он увидел эту странную сцену.

— Сион Эштан, я думаю, вам тоже уже пора. Послом быть так сложно в наше неспокойное время.

— Да, вы правы, времена неспокойные. Но я всё же должен спросить у госпожи Заречиной. Серафима, желаете ли вы полететь с нами? За вас переживают ваши друзья и господин Гаврилов.

— Я позвоню им, — кивнула Серафима, принимая к вниманию намёк Эштана. Вот только отказаться от такого сладкого предложения Хода, она не могла. Она себе просто не простит, если откажется.

— Ну что же, не буду тогда настаивать, — легко согласился с ней Айзик.

Ему ещё нужно было отчитаться куда следует, в подробностях рассказать о том, что он видел и слышал. Удивительно, что ему никто не доложил об особенном отношении Хода к госпоже Заречиной.

Секретарь проводил последних гостей на выход, оставив Серафиму и Дантэна одних в гостиной.

— Почему вы сразу не сказали что браслет подделка?

Хоть Фима и была под впечатлением от небывалой щедрости атландийца, она не собиралась так просто ему прощать обман и поэтому сразу перешла к допросу. Она должна была понять, как далеко её решил впутать в шпионские игры Ход.

— Вообще-то я говорил, — не повёлся на устрашающее выражение лица землянки Дантэн и направился в столовую, обводя рукой кое-какие вещи, попадающиеся на пути со словами: — Всё, что ты видишь, это лишь копии, оригиналы спрятаны надёжно. А сион Берт мой лучший друг и уникальный мастер, он может создать копию любого произведения искусства, но обожает творить вот такие милые украшения, — Дантэн указал на тилинг Симы и на свою серьгу в ухе. — Мило, правда же? Жаль, лишь единицы могут по достоинству оценить его произведения.

Фима зарделась от этого комплимента, а также от странного горячего взгляда атландийца. Он никогда не смотрел на неё подобным образом, открыто, по-доброму, дружески.

— Надеюсь, Сима, ты не сильно расстроишься, если в музей отправишься одна, с Арансом? Я сразу как поем займусь работой. Побудешь для меня прикрытием. Если вдруг кто позвонит, делай вид, что я рядом, договорились?

Улыбка померкла на губах Серафимы. Как она могла подумать, что он улыбается ей? Точнее, как вообще она могла решить, что они стали ближе? Этот эгоист опять играл в свои игры, и теперь она должна будет обманывать своих!

— У меня есть выбор? — холодно уточнила она, садясь за стол по левую руку от светящегося от счастья мужчины.

— Конечно, — невозмутимо отозвался Ход. — Выбор есть всегда: сделать, как я попросил, или нарушить клятву.

Прикрыв глаза, девушка подавила в себе вспышку гнева. А чего, собственно, она хотела? Это же Ход. Не зря же от него свои же соотечественники ноют.

— Я согласна выполнить вашу просьбу, — с сарказмом отозвалась Фима, а в ответ Дантэн очередной раз подарил ей акулью улыбку.

— Умница, — похвалил он девушку и потянулся к ней рукой, но она отклонилась, а сам атландиец замер, рассматривая свою руку.

— Хм-м-м, — задумчиво выдохнул он, видимо, нисколько не расстроившись, скорее заинтересовавшись.

Он не убрал руку, а наоборот, упрямо потянулся ею к девушке, а та поняла, что смысла уворачиваться нет, всё равно сделает как хочет. Но Дантэн так и не прикоснулся к волосам Симы. Прищурившись, он чуть раскрылся, чтобы почувствовать, как его пальцы окунулись в биополе землянки, как приятно кололась её обида, а ещё тепло проникало прямо через подушечки пальцев, медленно поднимаясь вверх по его руке. Земляне стремятся быть ближе с тем, с кем общаются. Хотя обычно никто из землян никогда так нагло не обволакивал его, как это делала Сима. Она, словно маленький ребёнок, тянулась к нему, а он…