Книга Воительница, страница 81 – Елена Тимофеева

Отряд подъехал к корчме, комнаты в которой почти всегда пустовали. У магистра завалялось несколько медных монет, да Ливий достал свои ракушки. К удивлению путников, их капитала с лихвой хватило и на хороший ужин с вином, и на корм лошадям, и на три комнаты. Кроме того, хозяин обещал почистить и коней, и сапоги уставшим путникам.

Народу в корчму в тот день набилось под завязку. Многие желали посмотреть на необычное войско, направляющееся к Белой пустыне. Хозяин радовался хорошей выручке, был вежлив с гостями, подал сверх оплаты большое блюдо жаркого.

Чтобы не мозолить глаза местным мужикам, пускающим слюни, Демира после трапезы забрала принцессу и пошла спать. Следом ушёл Арий Конрад, и в зале остались Ливий с Арефой, к радости уличных девок.

Демира, измученная догадками о том, что случилось с нею прошлой ночью, не разговаривала с принцессой. А Тея Ирис домысливала, разозлило ли Арефу, что она поехала с Арий Конрадом, и видел ли он, как ей бросили из толпы цветы, и не заметила подавленного состояния своей спутницы.

Воительница дождалась, пока принцесса задремала, и пошла к магистру, решив ему всё рассказать. Измучилась, нужно было кому-то выговориться, чтоб камень на душе не лежал. А поймёт он или нет – другое дело.

Но не получилось у Демиры излить душу. Проходя по коридору, она услышали за одной из дверей пьяный женский смех, шепелявый басок Ливия, и – она сначала подумала, что ослышалась – весёлый голос Арефы. Не веря ушам своим, Демира остановилась. Развязный смех повторился, потом послышалась возня, гогот Ливия и возглас Арефы: «Полегче, дорогуша!», и снова возня. Привлечённый шумом, в коридор выглянул Арий Конрад.

— Что тут у вас? – спросил, увидев застывшую у дверей соседней комнаты Демиру.

— Да вот, – воительница коротко рассмеялась, – там Ливий, шлюхи и Арефа.

— Арефа? – переспросил магистр. – Ты уверена?

— Да ты сам послушай!

И будто нарочно, из комнаты вновь раздался пьяный бабий визг, и весёлый голос Арефы: «Какая ты милашка!»

Арий Конрад равнодушно пожал плечами и повернулся, собираясь идти к себе.

— Ты куда? – Демира схватила его за руку. – Ты оставишь всё так?

В лице магистра читалось полнейшее безразличие.

— Ну, уж нет! Эй, вы! – воительница ударила кулаком в дверь. – Отоприте!

Как и следовало ожидать, её не услышали. В комнате продолжали веселиться, заливисто хохотать и неприлично вздыхать.

— Эй! – взревела Демира и пнула дверь ногой. – Откройте! Дверь вышибу!

— Угомонись, неразумная! – попытался осадить её магистр, но воительница его не послушала. Отошла назад, примерилась…

— Уймись, неразумная! – повысил голос Арий Конрад.

Демира подскочила к двери, наддала по ней плечом, ещё раз, и, к удивлению магистра, высадила без особого труда.

Картина, представшая им, являла собою обычные будни городов Содома и Гоморры. В комнате стояли две большие кровати, и Ливий с Арефой сдвинули их вместе, устроив ложе любви. С одной стороны возлежал голый вор в обнимку с двумя тоже голыми и весьма грудастыми девками. Они наглаживали его по пузу и совали в рот виноградины. А с другой стороны разлёгся Арефа, стыдливо прикрывшийся до пупа простынкой. Для него вовсю старались две другие девицы, исполняя лесбийский танец, грубый, нелепый, но мальчишке для задора его вполне хватало.