Книга Воительница, страница 14 – Елена Тимофеева

Демира бросила горсть воды в лицо, глотнула из кувшина, сунула за пазуху кусок хлеба, перепоясалась, взяла оружие и вышла из пещеры. У входа стоял Арий Конрад в чёрном плаще с низко надвинутым на лоб капюшоном, и бледный, печальный Арефа. Глаза юноши покраснели, припухли, воспалённый взгляд говорил о бессонной ночи.

— Уже собралась? – глухо прозвучал из капюшона голос магистра.

— Пора, – отозвалась она, с тихим восторгом глядя на поднимающийся за кромкой леса красный солнечный диск. Лучи лизнули лицо девушки, и всё существо её охватил тайный трепет, предвкушение чего-то нового, радостного.

— Карфакс! – звонко крикнула Демира.

Палевый скакун тот час же откликнулся на зов. Несмотря на тяжёлые доспехи, девушка вскочила в надетое чьей-то заботливой рукою седло с привычной лёгкостью.

— Прощайте! – Демира подняла руку. Поднимаясь на небосклон, солнце позолотило её шлем, сверкнуло в металле кольчуги. Сильная телом, красивая ликом, храбрая духом воительница, случайный гость в доме магистра, или – случайности не случайны? Они прощались, не ведая, предначертано ли им встретиться вновь.

— Я буду помнить! – добавила Демира.

— Удачи тебе в пути, – проговорил Арий Конрад.

В глазах Арефы стояли слёзы, он подался вперёд и бросил Демире букет последних осенних цветов. Девушка ловко поймала его, отсалютовала юноше и, резко развернув коня, пришпорила его и поскакала вперёд, навстречу восходящему солнцу.

Удивительно погожий выдался день. В чистом небе солнце светило, как в майский полдень, а, между тем, на городских деревьях не осталось ни листочка, и главную площадь ещё вчера припорошило колючим крупитчатым снежком. Недолго радовался город его чистой белизне. Уже к полудню площадь стала грязной, безжалостно затоптанной ногами жадной до зрелищ толпы.

Событие, ради которого она собралась, для Агропы было привычным – в два часа пополудни здесь должны были сжечь ведьму. В эту осень уже сожгли двух чернокнижниц – одна плакала и просила помилования, другая сквернословила, плевалась в толпу и

ыпала проклятиями – ничего особенного, было бы на что смотреть. Городские бездельники сетовали, что скоро костры будут гореть на пустых площадях, скучно-де проходят казни, догадались, что ли бы, хоть пороть ведьму перед костром или ломать ей кости. А то сожгут, и вся недолга, вот и не ходит народ глазеть на казнь. А нынче сюда стеклась добрая половина населения города.

Зрелище, предстоящее им, ожиданий стоило. Приговорённая к костру ведьма, бают, была связана с последним из Ордена Сов, отшельником и магом Арий Конрадом. Охотились за нею ещё до связи с колдуном, годами раньше, и многие охотились – ещё бы! Награда, объявленная за поимку, была сказочной – десять тысяч динариев. Этой осенью почти настигли, почти пленили, но Последний из Сов встал на её защиту, и лютую смерть приняли недруги ведьмы.

О, как ликовали поймавшие её псы, получив вожделенный мешочек с золотом! Повезло неслыханно! И боя между ними не было. Подкупив юродивого Юсуфа, что знал в Агропе все закоулки, они вышли на её след. И найдя в какой-то харчевне, просто дождались, когда выйдет на воздух, а потом набросились с сетью, все, скопом. Да так слаженно и чётко сработали, ни меч не успела выхватить, ни кинжал; скрутили, опутали – и к Аль Магруфу. Визирь даже награду добавил – шесть долгих лет искал! – и, не чуя ног под собою, поспешил в темницу, куда бросили её, связанную.