Книга Храмовница, страница 68 – Елена Тимофеева

— От то-то же, ясочка, поешь, — закивала согласно хозяйка.

— Халзан! — окликнула Демира, пошла к нему, но он предостерегающе поднял руки и легонько оттолкнул её.

— Ой, всё, не начинай!

Она улыбнулась и с лёгким сердцем вышла из дома.

Хрюша ждал её. Как всегда, сдержанный, отстранённый от душевных терзаний.

— Бери лук, — велел, — стреляй!

Прошли на улицу — окраинную, пустынную, ведущую к лесу. Демира встала у намеченного рубежа, натянула лук, прицелилась. Звонко тренькнула отпущеная тетива. Острие стрелы ударило точно в серёдку старой деревянной тарелки, прибитой к воротам.

— Теперь в край, в самый край! — велел Хрюша.

Она послушалась. Солнце в глаза било, мешало смотреть, и выстрел смазанным получился, но она попала, отколола уголок тарелки.

— В нижний теперь! — приказал Хрюша.

Демира отпустила лук, повернулась к нему.

— Что тратить понапрасну время? — спросила сердито. — Я хорошая лучница! Стрелять и так умею! Учи меня ближнему бою!

Хрюша шагнул к ней, посмотрел пристально. Ветер взметнул его волосы, откинул кудри со лба. Чёрные глаза над повязкой заискрились задиристой насмешкой.

— Ты хорошая лучница? — спросил он. — Кто это тебе сказал?

— Возьми в руку тарелку, — предложила Демира, — и я попаду в неё. Или на голову поставь. С головы собью, а тебя не задену.

— Давай, — не смутился Хрюша.

Подошёл к воротам, оторвал деревянный гвоздь, снял многострадальную посудину и поставил себе на голову, перевернув донцем вверх, точно дурацкую шляпу надел.

— Стреляй!

В его взгляде не было ни тени страха, в движениях чувствовалась спокойная уверенность. Или доверял он ей так безгранично, или в храбрости своей до безрассудства дошёл? А если рука её дрогнет? Если оступится она на тающем снеге, соскользнёт подошвой и пустит стрелу ниже? И уже не остановить будет тот нечаянный полёт острого железа, способный стать для него роковым.

Демира держала прицел, не сомневаясь в точности попадания, но медлила, не решалась выстрелить.

— Долго я ждать буду? — подначил её учитель.

Она упрямо прищурилась и разжала пальцы. Тонкий треньк отпущенной тетивы вспугнул присевшую на дорогу встрёпанную ворону. Она взлетела, громко каркая, ругая шумливых негодников, и Демира не сразу поняла, что произошло. Стрела не сбила тарелку с головы Хрюши. Стрела оказалась у него в руке. Неуловимым движением он успел схватить её, за долю мига проследив полёт.

Демира коротко выдохнула и покачнулась. В жар бросило, пот на висках выступил. Слыхала, что такое бывает, но думала, байки!

— Ты заговорённый, да? — спросила она. — Ведьмак?

— Это проворство всего лишь, — ответил Хрюша, — зоркость, ловкость, терпение и усердие в учёбе. День за днём повторение пройденного и постижение нового. Поняла?

— Поняла, — Демира опустила голову, чувствуя, как румянец стыда заливает щёки.

— Так стрелять-то будешь? — подмигнул атаман.

— Буду! — она выдернула из колчана стрелу. — Давай мишень!

Хрюша поднял оброненный гвоздь, взял камень и прибил тарелку обратно к воротам.

Демира посылала стрелу за стрелой, метко, уверенно, а её суровый наставник каждый выстрел встречал молча, будто жалея похвалы для ученицы.

"Снега зимой у него не выпросишь, не то что слова доброго!" — Стиснув зубы, гася в себе досаду, Демира схватила новую стрелу, прицелилась.