Книга Королева, страница 19 – Елена Тимофеева

— Я слышал, соседство Норта вам досаждает? – напрямую спросил Арий Конрад.

— Покуда нет, – не смутилась Демира, – но усмотрев угрозу, пойдём войной на Норта. Возьму в союзники Верховного Жреца бога Сета, Чёрного Велора.

— Достанет ли Велору сил супротив Норта? – в голосе Бессмертного скользнуло лёгкое презрение.

— Достанет, – спокойно отозвалась Королева, – я верю в его силу. Кроме того, я думаю над предложением супружества от Чёрного Велора.

Облачко удивления скользнуло по бесстрастному лицу магистра.

— Супружества? – чуть изменившимся голосом переспросил он. – Удачи в выборе! Не ошибитесь, королева.

— Не ошибусь, – уверила его Демира, – чем заполняете вы ваши дни, магистр?

— Я постигаю тайны вечности, – ответил Арий Конрад, – а вы? Чем скрашен ваш досуг?

— Выращиваю розы. Шлифую камни. Вот, в ожерелье алмазы моей огранки.

— А прежде не манило вас искусство ювелира, – напомнил он.

— Теперь люблю, – сказала Демира, – оно тонко, изящно, размеренно, спокойно. Хотите прогуляться, Арий Конрад? Я покажу вам свой розарий.

Магистр не успел ответить. В тронную вошёл Ливий и с церемонным поклоном доложил:

— Посол Киммерии. Что передать? Что королева занята?

— Нет‑нет, – возразила Демира, – просите, – и, повернувшись к Арий Конраду, улыбнулась краешками губ, – за завтраком надеюсь увидеть снова вас, магистр.

Арий Конрад встал и молча вышел из тронной.

На анфиладе его ждал Ливий. Молча взял Бессмертного за руку и повлёк по коридору.

— Как аудиенция у Королевы? – спросил он.

Арий Конрад настолько был погружён в свои мысли, что не расслышал вопроса, и Ливию пришлось повторить его.

Магистр повернулся и посмотрел в его широко растопыренные добродушные голубые глаза. Его лицо было совсем белым, как манжеты на дорогом камзоле министра, а взгляд настолько тяжёл и угрюм, что Ливий вздрогнул.

— Убери от меня свои глаза, – попросил он, – вина выпьешь?

— Пожалуй, – кивнул Бессмертный.

В покоях министра, потягивая вино, Арий Конрад раскрыл то, что терзало его душу.

Я не чувствую её, Ливий. Так не должно быть.

— Чего ты не чувствуешь? – не понял тот.

— Той силы, что наделил когда‑то Демиру, я не чувствую, – пояснил Арий Конрад, – когда мы шли к Белой Пустыне, я слышал её силу, как зверь чует зверя. Теперь не слышу. И мне странно и досадно это осознание. Как могла она растратить, утерять такой дар? Как могла променять его на эту государственную рутину, на блеск камней? Алмазы гранит!

— Утратила она давно всю силу и забыла знания, – махнул рукою министр, – не было раза с коронации, чтобы я за ней замечал подобные деяния. До того ли ей? Легко ли страною править, такой, как Руана?

— Алмазы гранить находит время! – ядовито заметил Арий Конрад.

— На то и женщина, – ответил Ливий, – а ты что думал? Что блеск острой стали её всю жизнь занимать будет? Ты посмотри, какой она красивой стала! К лицу ей и корона, и дорогих камней сияние!

— И пустота во взгляде! – сквозь зубы процедил магистр. – Будто кукла разряженная! Я помню, Ливий, ветер в её волосах! Помню льющийся из глаз живой огонь! Помню улыбку свободной женщины с горящим сердцем! Всё то, что столько лет хотел забыть! – Арий Конрад залпом допил вино и со стуком поставил кубок на подлокотник кресла. – Что теперь, Ливий? Во взгляде пусто, а в волосах глупый жемчуг! На мёртвый камень сменила Демира вольный ветер! Купилась на корону! Власти захотела! В такой Демире я красоты не вижу! – заключил он.