Книга Я и есть Мориарти, страница 3 – Лидия Антонова

Логика подсказывала, что это галлюцинация, яркий сон агонизирующего мозга. Но во сне нет таких физических ощущений! Я отчётливо чувствовала сквозняк, одеяло, давящее на ноги, онемевшую спину, отчаянно желавшую повернуться набок. И, как назло, зачесался кончик носа.

Оказывается, как много я не знала о настоящих страданиях. Окончательно измученная, я провалилась в глубокий, но беспокойный сон.

* * *

Хичкок был прав: «Нет ничего страшнее закрытой двери». И я, как криминалист, всегда с этим соглашалась. За закрытой дверью может скрываться что угодно, от безобидных секретов до немыслимых ужасов. Во сне я оказалась в бесконечном колодце, стены которого были усеяны сотнями дверей. Все они были наглухо заперты. Чем дольше я искала хоть одну открытую, тем сильнее сжимался от страха желудок. Мои ноги стали ватными, я передвигалась с трудом, как в тех самых детских кошмарах, когда за тобой гонится монстр, а ты не можешь бежать. А потом у меня отнялись и руки. Когда я уже почти смирилась с тем, что мне придётся ползти, я, наконец, нашла её, ту самую, неприметную, незапертую дверцу. Я рванула её на себя и провалилась в очередную бездну.

Падение было долгим и пугающе реалистичным.

«Ну вот, теперь почувствуй себя Алисой в кроличьей норе», — ехидно заметила я сама себе.

Я успела смириться с мыслью о неизбежном ударе и даже не сразу поняла, что падение прекратилось. Но рано было радоваться. Я просто висела в пространстве, где не было ничего. Абсолютная пустота, которая ничем не отличалась от абсолютной тьмы.

— Ты всё-таки пришла, — прозвучал голос. Он был бесцветным, пустым, лишённым каких-либо эмоций, просто констатация факта.

Глава 2

Я с огромным трудом заставила себя обернуться. В итоге я повисла в пространстве как-то странно, по диагонали, нарушая все законы физики. Передо мной, тоже в невесомости, парила девушка. Всё это напоминало комнату кривых зеркал, где твоё отражение искажено и живёт своей жизнью. Моя собеседница, к примеру, висела ко мне в профиль.

— Кто ты? — выдохнула я.

— Раз ты пришла, я отдаю тебе всё, — прошептала она, не глядя на меня. — Постарайся прожить эту жизнь… за нас обеих.

Прозвучало это одновременно странно, пафосно и пугающе.

— Ты не ответила на мой вопрос, — напомнила я, стараясь говорить твёрже.

— Я Офелия.

Она медленно повернула голову, и у меня перехватило дыхание. На несколько мгновений мне показалось, что я смотрю в зеркало. Мы были похожи как близнецы, но уже через секунду я обнаружила множество отличий. Она была моей младшей, измождённой, почти прозрачной версией. Бледная, худющая, с огромными глазами, полными такой безысходной тоски, что стало физически больно.

— Как это возможно? — пробормотала я, чувствуя, как рушатся последние остатки моего рационального мира.

— Я ухожу.

Офелия улыбнулась печально и ласково, а потом просто рассыпалась на мириады серебристых искр, которые растворились в окружающей нас пустоте.

Заморгав, по-настоящему открыла глаза.

* * *

Я была в той же самой комнате. От досады и бессилия я громко застонала и… закрыла лицо руками. Именно так я и обнаружила, что могу двигаться. Поборов порыв немедленно вскочить с кровати и побежать, я медленно и очень осторожно поднялась. Не хотелось терять сознание от головокружения или внезапной слабости. Ни одна авария с падением в ледяную воду не проходит бесследно для организма.