Книга Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил, страница 87 – Ангелина Сантос

— Алира...

— Не надо.

Он замолчал.

— Когда Лея сломала руку, она кричала всю дорогу до дома, а Леон шел рядом и пытался ее успокаивать, хотя сам был белый от страха. Когда они впервые спросили про отца, я потом полночи сидела на кухне и пыталась придумать, как рассказывать правду так, чтобы не сделать из тебя чудовище.

Кайран отвел взгляд.

— И знаешь, что самое неприятное?

— Что?

— Ты им нравишься.

Он посмотрел на меня.

— Марк уже ждет, когда ты придешь. Лея слушает тебя, хотя делает вид, что оценивает каждый ответ. Леон сопротивляется больше всех, но именно он первым разрешил тебе остаться рядом после обращения.

Кайран молчал.

— И часть меня злится на них за это.

Сказать оказалось стыдно.

Но я продолжила.

— На несколько секунд. Потом я понимаю, насколько это несправедливо. Они дети. Они имеют право хотеть отца. И если ты сейчас ведешь себя нормально, они не обязаны всю жизнь ненавидеть тебя ради меня.

— Я никогда не попрошу их выбирать.

— Я знаю.

— И тебя не попрошу.

— Посмотрим.

Он принял и это.

— Мне страшно, Кайран.

Это было первое признание, которое я не планировала.

Он не приблизился.

Просто спросил:

— Чего?

— Что ты войдешь в их жизнь слишком быстро.

— Я могу держаться дальше.

— Не в этом дело.

Я потерла виски.

— Ты видел Марка во время грозы. Он запомнил твой способ считать секунды. Теперь каждый раз делает так. Ты объяснил Леону возвращение из волчьего облика, и он тебя слушал. Лея вчера спросила, придешь ли ты к ужину, а когда я спросила зачем, сказала: "Чтобы Марк не приставал к тебе вместо меня".

Уголок его рта дрогнул.

— Похоже на нее.

— Вот. Ты уже говоришь "похоже", будто знаешь.

Улыбка исчезла.

— Прости.

— Не надо извиняться за каждое слово. Я просто пытаюсь объяснить.

— Я слушаю.

— Если они привяжутся к тебе, а потом Серый Хребет снова потребует выбора...

Кайран сразу понял.

— Я не уйду.

Я подняла руку.

— Не обещай.

— Почему?

— Потому что семь лет назад ты тоже был уверен в себе.

Он замолчал.

— Я не могу поверить обещанию только потому, что ты говоришь его серьезно.

Кайран медленно кивнул.

— Справедливо.

— Если хочешь быть рядом, мне нужны не слова.

— А что?

— Время.

Он подождал.

— И поступки, которые не заканчиваются, когда становится неудобно.

— Хорошо.

— Не говори "хорошо" так, будто я дала тебе список условий и теперь все просто.

— Я не думаю, что просто.

— Тогда ладно.

Мы снова замолчали.

Я неожиданно заметила, что рядом с Кайраном больше не чувствую необходимости держаться так прямо.

Не потому, что простила.

Просто разговор перестал быть борьбой.

Он впервые не пытался убедить меня, что я должна увидеть ситуацию шире.

Сам увидел.

Наверху хлопнула дверь.

Лея появилась на лестнице.

— Вы закончили?

Я посмотрела на нее.

— Подслушивали?

— Нет.

— Уверена?

— Леон не разрешил.

Очень успокаивает.

— Значит, пытались.

— Марк пытался.

Из-за ее спины донеслось:

— Почему всегда я?!

Лея невозмутимо продолжила:

— Мара пришла.

Я сразу встала.

— Зачем?

— С ней мужчина.

Кайран тоже поднялся.

Мы вышли в прихожую.

Мара уже стояла у двери. Рядом с ней был незнакомый мне пожилой человек в дорожном плаще. Худой, высокий, с седыми волосами и небольшим кожаным футляром под мышкой.

— Это Элвар Норвен, — сказала Мара.

Я остановилась.

— Норвен?

Мужчина поклонился.