Книга Первая любовь офицера, страница 97 – Рита Нестерова

Сделал это с таким серьезным видом, что я невольно посмотрела на него внимательнее.

В его движениях иногда проскальзывало что-то Сашино: тот же прямой взгляд, та же манера сначала всё обдумать, а потом говорить.

— Мам, всё будет нормально, — начал Даня и положил ладонь мне на руку. — Он вернется. Вернется и будет себя хорошо вести. А если будет себя вести плохо, мы ему слабительного подсыплем.

Он произнес это совершенно серьезно, даже не улыбнувшись, и я несколько секунд просто смотрела на него.

Потом не выдержала и рассмеялась сквозь слезы.

Смех вышел слабым. Даня сразу расплылся в довольной улыбке, понимая, что добился своего.

— Сынок… — протянула я и покачала головой. — Что у тебя вообще в голове творится?

— Всё нормально у меня в голове, — возразил он, устраиваясь удобнее. — Зато ты смеешься. Значит, помогло.

Я притянула его к себе и крепко обняла. Он сначала замер, а потом обхватил меня руками за плечи и прижался.

В такие моменты я особенно ясно чувствовала, как быстро он растет.

Еще недавно сам приходил ко мне со своими страхами, а теперь сидел рядом и пытался успокоить меня. Неуклюже, по-детски, но так искренне, что у меня опять защипало в глазах.

— Хорошо, договорились, — сказала я, отстраняясь и вытирая щеку. — Если папа будет плохо себя вести, подсыплем слабительного.

— Вот и всё, — довольно отозвался Даня. — Проблема решена.

Он собирался уже встать, но я удержала его за руку.

— Подожди. Как в школе? На тренировке всё нормально?

— Нормально, — протянул он, сразу принимая скучающий вид, который появлялся у него всякий раз, когда я начинала подробно расспрашивать. — В школе всё нормально, тренировка нормально. Я сейчас в компьютер поиграю и потом уроки сделаю.

— Сначала уроки, потом компьютер, — напомнила я, хотя прекрасно понимала, что он всё равно поступит наоборот.

— Мам, ну я только немного, — начал он привычно торговаться, но, заметив мое лицо, смягчился и снова сел рядом. — Ладно, сделаю. Ты только не плачь больше.

Я провела ладонью по его волосам и посмотрела на него с благодарностью.

Он и правда был у меня замечательный. Со своим характером, упрямством, вечными просьбами купить вредную еду и нежеланием вовремя ложиться спать, но замечательный.

И сейчас, когда весь мир словно перевернулся, именно сын не давал мне окончательно развалиться.

— Хорошо. Ты у меня такой молодец, — сказала я и поцеловала его в висок. — Только чтобы мне на тебя в школе не жаловались.

— Я всё сделаю, — заверил он, а потом хитро прищурился. — А если не сделаю, ты папе пожалуешься?

Я едва заметно вздрогнула, но постаралась не показать этого.

— Пожалуюсь, конечно.

— Ну, папа в ближайшие три месяца мне ничего не сделает, — рассмеялся Даня и пожал плечами. — Пока он вернется, ты уже забудешь.

— Я ничего не забываю, — пригрозила я ему пальцем. — У меня память прекрасная.

— Да ладно тебе, мам, не переживай, — протянул он и снова обнял меня, уже сам. — Не дрейфь. Всё хорошо будет. Папа вернется.

Я положила подбородок ему на плечо и закрыла глаза. Он говорил это с такой уверенностью, что на мгновение мне самой захотелось поверить.

Просто поверить, что через три месяца Саша войдет в эту квартиру, бросит сумку у двери, подхватит Даню, прижмет меня к себе, и весь сегодняшний кошмар окажется ошибкой.