Книга Первая любовь офицера, страница 110 – Рита Нестерова

— Не угрожай мне внуком.

— Я не угрожаю. Просто предупреждаю, что Даню к человеку, который ломает нашу семью, я не подпущу. И Саша меня поддержит, когда узнает, что ты сделала.

— Ты не имеешь права решать за него.

— Забавно слышать это от тебя.

Она сжала кулаки и отвернулась, но я уже не могла остановиться. Перед глазами снова стоял Саша у причала.

Его взгляд, полный непонимания. Даня, который просил меня не плакать и обещал подсыпать отцу слабительного, если тот будет плохо себя вести. Два дня боли, которых могло не быть, если бы эта женщина хоть раз подумала не о своей власти, а о сыне.

— Еще раз узнаю, что ты лезешь в нашу жизнь, я тебя задушу, — сорвалась я. Голос дрогнул от ярости, но мне было всё равно. — Не образно. Я сама не знаю, что со мной будет, если ты еще раз подойдешь к моему ребенку, отправишь кого-то ко мне или попытаешься навредить Саше. Держись от нас подальше.

— Ты мне угрожаешь? — она развернулась, ошеломленно глядя на меня.

— Да. Теперь угрожаю. Потому что нормальных слов ты не понимаешь.

Я резко развернулась и пошла к выходу. За спиной она что-то говорила — про мое воспитание, истеричность, про то, что именно такое поведение доказывает ее правоту.

Я не остановилась. Не хотела слушать ни одного слова. Дверь хлопнула так сильно, что стекло в ней дрогнуло, а я почти сбежала по ступеням и только у машины поняла, что меня трясет.

Руки не сразу попали ключом в замок. Я дернула дверь, села за руль и несколько секунд просто сидела, тяжело дыша. Злость всё еще бурлила внутри, но под ней уже поднималось другое чувство — отчаяние.

Что ей нужно? Чего добивается эта неугомонная женщина? Она уже лишила Сашу молодости рядом со мной, не дала увидеть, как рос его сын, заставила его столько лет верить, что я сама ушла. Теперь судьба каким-то чудом вернула нас друг другу, а она снова встала между нами. Ради чего? Чтобы доказать, что лучше знает? Чтобы Саша остался один, зато рядом с матерью? Чтобы привести к нему женщину, которая будет кланяться ей и спрашивать разрешения на каждый шаг?

Я ударила ладонями по рулю и закрыла глаза. Больше всего хотелось дозвониться Саше. Прямо сейчас. Рассказать всё, попросить прощения, сказать, что я ошиблась и что он ни в чем не виноват. Но связи не было. Мне предстояло ждать, зная, что он ушел с моей последней фразой в голове. И именно это я не могла простить его матери.

Она снова отняла у нас время.

Пусть не одиннадцать лет. Пусть всего три месяца. Но теперь я знала цену каждому дню без него.

Я завела машину и выехала со двора, даже не посмотрев на дом в зеркале. Нужно было возвращаться на свадьбу.

Улыбаться, следить за чужим счастьем, решать проблемы с водой и фотографом, пока мое собственное снова висело на тонкой нити.

Но теперь у меня хотя бы не осталось сомнений.

Саша меня не предавал.

И когда он вернется, я сделаю всё, чтобы он узнал правду.

Я не собираюсь отпускать его.

* Александр *

До возвращения остается всего несколько дней.

Стою на верхней палубе, опираюсь ладонями о прохладный металлический борт и молча смотрю вперед, туда, где океан сливается с небом в одну сплошную синюю полосу.

За столько лет службы я видел это зрелище, наверное, тысячи раз.

Встречал здесь рассветы, провожал закаты, попадал в такие шторма, что потом еще неделю руки сами искали поручни даже на суше.