Книга Незаметная мисс Валент, страница 15 – Анна Морион

«Правила приличия не позволяют вольности появляться в чьем-то доме без приглашения. Значит, эта наша встреча была устроена. Но почему мне не сказали ни слова? Я бы тоже сменила платье на что-то более изысканное!» – пронеслось в разуме Хелен, когда она медленно, но грациозно заходила в гостиную. Остановившись рядом с отцом, протянувшего ей свою ладонь, она машинально вложила свою ладонь в его.

Мистер Валент улыбался. Это не была широкая улыбка, скорее, спокойная, но полная торжества. Несколько секунд Хелен смотрела в его лицо, не смея оглянуться в поисках своего жениха, но вдруг ее отец несколько крепко сжал ее ладонь. «Где твоя прекрасная улыбка, моя дорогая?» – услышала Хелен едва различаемый шепот, сорвавшийся с губ отца. Девушка поняла, что ведет себя совершенно неподобающе молодой благородной мисс, и поспешила улыбнуться. Но эта улыбка не была радостной – она была вымученной, фальшивой, но необходимой для этого небольшого театрального акта, в котором «счастливая» невеста с трепетом и робостью впервые встречает будущего спутника ее жизни.

— Хелен, моя дорогая! – Высокий женский голос заставил Хелен вздрогнуть от неожиданности.

Хелен быстро окинула гостиную взглядом, и ее взору предстала невысокая, стройная женщина, которая показалась ей довольно знакомой. Гостья была одета в зеленое платье, которое совершенно не шло ее слегка желтоватому оттенку кожи. Но ее лицо было красивым для ее возраста, даже, благородным. Настоящая леди. И такая знакомая памяти Хелен… Но где и когда они могли иметь встречу? Было очевидно, что гостья знала ее, иначе не стала бы выражаться так фамильярно и использовать по отношению к Хелен слово «дорогая».

— Я рада встретить вас, мадам, – выдавила из себя Хелен, усиленно пытаясь вспомнить, где она видела эту даму.

Музыкальный вечер. Скука. Фальшивое, неприятное сопрано. Фальшивые, неправильные ноты блестящего черного рояля.

Миссис Бранвелл!

Миссис Бранвелл? Знакомая ее матери, которую Хелен видела лишь раз в своей жизни, но с которой ее мать вела долгие беседы за закрытой дверью этой самой гостиной, не позволяя детям беспокоить их? Зачем она здесь? Почему она стоит у камина и смотрит на нее, Хелен? И не просто смотрит – оценивает. Хелен чувствовала на себе подобные взгляды каждый вечер, каждый бал, проведенный среди высшего общества Лондона, поэтому ошибки быть не могло – миссис Бранвелл оценивала ее. Впрочем, как и в тот первый и единственный раз, когда миссис Валент коротко представила своей знакомой свою старшую дочь – дебютантку сезона.

— Ваш дом не в моем вкусе, – слишком тесен, моя дорогая миссис Валент, – улыбнулась миссис Бренвелл своей подруге. – Но, должна ответить, он довольно мил. Напоминает мне загородный дом моего отца, в котором я провела свое детство, вдалеке от шума и блеска дорогого мне Лондона. Но эти воспоминания мне дороги.

«Какое элегантное и унижающее сравнение. Я уверена, что далее этой довольно уютной гостиной ее нога не ступала. Чтобы она сказала, увидев наши маленькие, темные спальни?» – подумала Хелен, не со всем понимая, было ли речь гостьи похвалой или оскорблением.

— Этот дом, действительно, не так презентабелен, как нам бы того хотелось, но, поверьте мне, моя дорогая мисс Бранвелл, это был единственный вариант, который был нам доступен во всем Лондоне. Всему виной мой забывчивый супруг. Слишком поздно он спохватился, и вот, нам достался этот дом, – добродушно сказала миссис Валент, подходя к подруге.