Книга Незаметная мисс Валент, страница 129 – Анна Морион

— И не одна, отец, а целых три, – улыбнулась она. Затем она втянула в легкие воздуха и твердо сказала: – Сперва я решила заехать к графине Вайнрид, чтобы осведомиться о ее здоровье. Увы, она была слишком утомлена, чтобы принять меня. Но о моем приходе услышал мистер Конти. Он желал показать мне свою новую книгу. Ах, какая скука! Мне пришлось провести там около четверти часа и слушать его утомительные речи. Затем пришла графиня, и я предложила всем нам прогуляться в саду, но граф ретировался к своей книге. Графиня была так рада моему визиту! Ее гость не уделят ей никакого внимания, и я прошу вас позволить мне проведывать ее порой.

— Какая ты умница, моя дорогая! Какое чистое и доброе у тебя сердце! Ты можешь проведывать ее хоть каждый божий день, моя Хелен, – улыбнулся отец и поцеловал ее в лоб.

Эти слова смутили Хелен и причинили ей боль. Отец доверял ей, а она только что солгала ему в лицо и имела намерения продолжать лгать и скрывать свой сегодняшний и свои будущие визиты к графу. Но она знала: она расскажет ему, когда он будет готов ее выслушать. И он поймет ее, обязательно поймет! Ведь это ничего больше, чем невинный, незатейливый роман.

— Думаю, каждый второй день моего визита будет достаточным для ее хрупкого здоровья, – улыбнулась Хелен.

Следующим утром она сидела в кабинете мистера Конти, спокойная и счастливая. Он был одет в свой лучший костюм, а кабинет блестел порядком и чистотой. И было тепло. Пахло свежим кофе, который пил граф.

— Как вы знали, что я приеду сегодня, сэр? – удивленно улыбнулась Хелен.

Он сидел напротив нее и любовался ею. С его уст не сходила довольная, очаровательная улыбка.

— Я не знал, мисс, но надеялся, – просто ответил он. – Приказать подать вам чаю?

— Думаю, в этот раз я не откажусь от крепкого итальянского кофе, сэр, – застенчиво, но не отрывая взгляда от темных, глубоких, как колодцы глаз графа, сказала на это Хелен.

Начало июня было теплым и безветренным. Вернувшиеся с юга птицы громко пели, наполняя сердца сладостью лета. Снег в этом году растаял рано, и повсюду красовались новорожденные цветы: полевые, скромные, но вызывающее восхищение своей элегантной простотой, и яркие, экзотические сорта, нарочно заказанные местными дворянами из других стран.

Висперин-Пайнс-Манор (Поместье Шепчущих Сосен. Прим. Автора) не зря имел такое поэтическое название: хозяйский дом и сад были окружены высокими, могучими соснами, стоящими в нескольких шагах друг от друга и словно нашептывающими мечты и грезы, при порывах и дуновениях ветра. Эти сосны надежно скрывали сад от любопытных глаз, и тайные возлюбленные проводили эти несколько полуденных часов в их окружении и покое.

— Я написал это ночью. Я думал о вас и мечтал, чтобы поскорее настало утро. Умоляю вас, моя Хелен, прочтите и не судите меня строго. – Граф положил в правую ладонь мисс Валент небольшой, сложенный в три раза лист бумаги.

Хелен хитро улыбнулась и, опередив графа на несколько шагов, села на скамью, под большим, покрытом зелеными свежими листьями деревом, и лишь тогда развернула записку.

Средь пустоты и белых льдов

Я встретил деву моих грез

И я в плену ее оков

Что слаще меда, краше роз

Твой, навеки

Рафаэле

— Ах, Рафаэле, это так мило! – искренне сказала Хелен и прижала бумагу к сердцу. – Я буду хранить эти строки всю мою жизнь… Когда вы уедете, я буду читать их каждый вечер, перед сном, чтобы вы приснились мне.