Книга Вечная вдова, страница 91 – Анна Морион

— Он больше никогда не потревожит твой покой, моя дорогая, – улыбнулась леди Нортон.

— Вы закрыли его в темнице? – уточнила Альенора. – Хорошо! Там ему и место!

— На следующее утро, после того как он напал на тебя и Молли… Он не проснулся, любовь моя, – смотря куда-то в сторону, сообщила леди Нортон.

— Не проснулся, – тихо подтвердил ее супруг, опустив взгляд на свои руки.

— Потница… Потница унесла его жизнь…

— Господь призвал его к себе, ангел мой… Уже навсегда…

— Мы похоронили его… Но, Альенора, это был не твой брат… Это был самозванец…

— Самозванец, негодяй, похожий на Филипа и солгавший нам…

— Мы не сразу распознали его обман… Родительские сердца – самая легкая добыча для мерзавцев и разбойников…

— Филип никогда не ранил бы тебя… Он так любил тебя… А это чудовище… Это был не он, ангел мой.

Альенора молча слушала эти странные загадочные фразы, которыми перебивали друг друга ее родители. Они прятали от нее взгляд, словно скрывая что-то.

— Умер? – тихо переспросила она.

— Умер, дитя мое, умер, – подтвердила леди Нортон, не смея смотреть на дочь.

— Матушка, отец, взгляните на меня! – настойчиво потребовала Альенора: в ее разум закрадывалась страшная догадка.

Нортоны-старшие послушно взглянули на ночь.

— Умер? – повторила Альенора, по очереди смотря в глаза родителей.

— Да, да, ангел мой. Умер, – вновь подтвердила леди Нортон, смотря прямо в голубые глаза дочери.

— От потницы?

— От потницы, дочь моя.

— Но это был не Филип. Самозванец, – тихо сказала Альенора, понимая, что это было моментом ее освобождения от того, что принес своим возвращением этот человек.

— Самозванец. И все в замке знают об этом и поклялись унести эту тайну с собой в могилу. Незачем нам, Нортонам, иметь на имени такое грязное пятно и славу наивных дураков, – так же тихо промолвил лорд Нортон. – Мы похоронили его в лесу. Ему нет места в склепе Нортонов. Это был не Филип. Это был не мой сын.

Альенора смотрела в серьезные лица своих родителей и понимала, на какую жертву они пошли, чтобы защитить ее, а также Бригиду, ее детей и имя Нортонов. Они отреклись от собственного сына. Отреклись, чтобы дать Альеноре и Бригиду свободу. Они заставили графа Мюррей и прислугу замка молчать о «самозванце».

— Безусловно. Это был не мой брат. Наш дорогой Филип спит сном погибшего героя в земле французского кладбища, – серьезно произнесла Альенора и крепко сжала ладони своих родителей, тем самым скрепив вечную, покрытую мраком печать.

В начале ноября замок Нортонов посетили нежданные гости, но их встретили с большой радостью и сердечным теплом. Даже леди Нортон была рада гостям: с того самого дня, как она едва не потеряла свою дочь, в ней ожила прежняя Гильда, та добрая и щедрая женщина, которой она была до гибели Филипа во Франции.

Дорогих гостей разместили в лучших гостевых покоях, а для детей в этот же день были приобретены послушные кроткие пони. Лорд Тьюри, Бригида и ее дети принесли замку Нортонов свет и умиление. Стефан и Екатерина покорили сердца всех живущих в замке в первые же минуты своего приезда, и, как ни странно, больше всех привязалась к этим рыжеволосым ангелам бывшая свекровь Бригиды. Леди Нортон, отчаявшаяся выдать Альенору замуж и дождаться внуков, изливала всю накопившуюся в ней любовь на детей той, которую она когда-то унижала и оскорбляла за то, что она не принесла ее сыну наследника.