Онлайн книга «Любовник»
|
— Я вспомню! Я! — Прости. Обе его ладони ложатся на мои ягодицы и впечатывают меня в сильное тело. Я резко выдыхаю. Всего одно движение, и вся моя кровь бурным потоком устремляется в низ живота. Туда, куда упирается скрытый брюками его вздыбленный член. Еще толчок… другой… У меня больше года не было секса, поэтому я тут же превращаюсь в теплый пластилин в его руках. Белье насквозь сырое. Хотя… кому я вру? С Егором всегда так было. Прикусываю его губу и продолжительно стону, когда его ладони забираются под блузку. — Боже… Егор… Не знаю, до чего бы мы дошли, если бы в этот самый момент из спальни не донесся плач Богдана. — Проснулся, - обдавая меня сбитым дыханием, шепчет Егор. — Да… он голодный. Надо покормить. Улыбаюсь ему в губы, Егор мою улыбку копирует, кивает. А потом мы вместе идем к нашему сыну. Он уже успел перевернуться на живот и стянуть с головы шапку с заячьими ушами. — Правильно, она мне тоже сразу не понравилась, - проговаривает Зверь, поднимая ее с пола. Вроде все с улыбкой, насмешкой, но от меня не скрывается сквозящее в его голосе волнение. Такое трогательное, что у меня в носу свербеть начинает. Он же по сути только сейчас с сыном своим по-настоящему знакомиться будет. Перевернув Богдана на спинку, я начинаю его раздевать. Расстегиваю клепки на комбинезоне, освобождаю сначала ручки, за тем ножки. Он даже не капризничает. С любопытством поглядывая на своего отца, грызет кулак. — Он правда на меня похож? – спрашивает негромко, присаживаясь на корточки у кровати. — Правда. Я думала, ты сразу догадаешься. Он шумно вздыхает и трет ладонью лоб. Чувствую, что его все еще трясет. От него так и фонит пережитым потрясением. Мои руки тоже меня не слушаются. Подрагивая, порхают над ребенком без цели. То ползуночки поправят, то подгузник пощупают, то светлый пушок на головке пригладят. — Егор, - обращаюсь смущенно, - мне надо покормить Богдана. — Корми, - приподнимает слегка брови. — Ну, да… Глупо, конечно. После того, как мы только что поговорили и, чуть было, не занялись сексом прямо в прихожей. После его признания. Сажусь на край кровати и, расположив, сына на коленях, начинаю расстегивать пуговки на блузке. Егор смотрит в упор, отметая всякую мою стыдливость, усаживается напротив нас в кресло и подается вперед, упираясь локтями в колени. — Ты собрался смотреть? – пытаюсь спрятать нервозность за насмешкой. — Ага. Богдан, чувствуя запах молока, начинает возиться. Хватаясь маленькими пальчиками на кромку хлопкового бюстгальтера, тянет ткань вниз. Я отстегиваю чашечку, а сама не перестаю бросать на Егора быстрые взгляды. Интимность момента зашкаливает. Это так… невероятно… Кажется, моргну, а когда открою глаза, Зверя здесь уже не будет. Но нет. Затаившись, как хищник и чуть выдвинув вперед квадратный подбородок, он не отрывает взгляда моей груди. Она переполнена. Покалывает от тяжести и, как это часто бывает в такие моменты, уже сочится молоком. Опускаю чашечку, и Егор с Богданом одновременно тянутся к груди. Сын, конечно, быстрее. Впившись в сосок, тут же начинает жадно сосать. А Егор громко сглатывает. — Охренеть, Киса… — У него хороший аппетит. — Это… заметно, - проговаривает охрипшим голосом, - на кого он записан? — Ни на кого. В строке «отец» стоит прочерк. |